Столетний современник

Вся история ар-деко — в двух парижских выставках

В Musée des Arts Décoratifs открыты сразу две экспозиции, связанные с этим стилем: «1925–2025. Cent ans d’Art déco» («1925–2025. Сто лет ар-деко») в одном его крыле и «Paul Poiret, la mode est une fête» («Поль Пуаре. Мода как праздник») в другом. И это — уникальная возможность рассмотреть самый знаменитый декоративный феномен XX века с разных сторон.

Текст: Елена Стафьева

2025-й — год 100-летия парижской Exposition internationale des arts décoratifs et industriels modernes (Международная выставка декоративных и промышленных искусств), которую принято считать моментом наивысшего расцвета стиля ар-деко. И она служит сюжетной рамкой для нынешней выставки.

Стиль этот в разных странах, и прежде всего в самой Франции, сформировался уже в 1910-х, но 1925-й — дата символическая, и само понятие «ар-деко» пошло именно от названия парижской выставки. Спустя сто лет, в 2025-м, об ар-деко вспомнили везде — от Италии до России, в которой формально никакого ар-деко и не было.

Но, конечно, все ждали выставку на родине ар-деко и в музее, носящем имя ар-деко, она этот юбилейный год и должна была завершить — и не подвела. «1925–2025» — это, безусловно, самая значительная выставка ар-деко нашего времени. И следующая такая случится нескоро.

Эскиз плаката Рене Пру для Международной выставки современного декоративного и промышленного искусства в Париже 1925 года

Эскиз плаката Рене Пру для Международной выставки современного декоративного и промышленного искусства в Париже 1925 года

Фото: Les Arts Decoratifs

Эскиз плаката Рене Пру для Международной выставки современного декоративного и промышленного искусства в Париже 1925 года

Фото: Les Arts Decoratifs

Но прежде — важные практические советы. Не дай вам бог попасть туда в выходные, когда к толпе туристов и местных пенсионеров, главных посетителей всех парижских экспозиций, добавляются еще и местные любители искусства другого возраста. Постарайтесь выбрать обеденное время буднего дня. Обед — это святое, в Париже им никто никогда не пожертвует. А если вы хотите получить не только стресс, но и удовольствие от обеих экспозиций, то зарезервируйте для них хотя бы три часа — это жесткий минимум при очень бодром темпе.

«1925–2025. Сто лет ар-деко» — огромная, ее 17 залов (запомните это число, чтобы потом не запутаться) занимают не только главный неф музея, но и два верхних этажа. Начинается она на втором, продолжается на третьем, а заканчивается на нулевом, то есть в огромном нефе, целиком посвященном «Восточному экспрессу», тому самому, классическому, следовавшему из Стамбула в Париж с Эркюлем Пуаро и прочими персонажами Агаты Кристи в вагонах, его истории и грядущему в 2027 году возрождению. Это наиболее зрелищная с точки зрения фотографий для соцсетей и, пожалуй, наименее интересная с точки зрения истории искусства часть. Бренд Orient Express, главный партнер выставки, фактически использовал ее для промокампании своего амбициозного проекта.

Два же верхних этажа, напротив, так плотно организованы именно с точки зрения истории искусства и социальной истории, что на неподготовленного зрителя могут производить впечатление хорошо устроенного склада дорогой антикварной мебели. Понятно, что мебель — самая сохранная часть материального наследия, она не бьется, почти не истлевает и практически не разбирается на составные части — в отличие от сервизов, тканей с бумагой и украшений. С последними, впрочем, тут все прекрасно, потому что другой партнер выставки — это Cartier, один из ключевых домов парижского и мирового ар-деко. Его украшениями заполнен отдельный зал второго этажа.

Но на самом деле мебель была важнейшим медиумом французского ар-деко — ею занимались все главные его герои, которые так или иначе выступали в роли декораторов; именно интерьеры составляли основной предмет парижской Выставки декоративных и промышленных искусств 1925 года. И если сосредоточиться и сделать некоторое усилие, то все это разнообразие комодов, столов, кресел, горок и сервантов складывается в довольно стройную картину рождения первого глобального стиля XX века.

Залы второго этажа устроены так, чтобы показать, как выстраивалось ар-деко. Во-первых, его источники — а это и археологический подъем того времени, сопровождавшийся важнейшими находками, и возросший интерес к неевропейскому искусству, и мода на французский XVIII век и стиль Луи-Филиппа. Во-вторых, его визуальную грамматику — бестиарий, специфический интерес к античным мифам и орденам, геометризация текучих форм ар-нуво. В-третьих, прикладные особенности его практик,— страсть к ценным породам дерева, особенно к палисандру и эбеновому, увлечение лаковыми техниками, тиснением кожи и особенно шагренью. И наконец, появление важных, как мы бы сейчас сказали, игроков на рынке ар-деко — мастерских Atelier Martine Поля Пуаре в 1911-м и La Compagnie des Arts Franais, основанной Луи Сю и Андре Маром в 1919-м.

Поднимаясь на следующий этаж, зритель уже видит разные концепты ар-деко, то есть как на этих основах и с помощью этого языка создавался тот или иной дискурс, связанный с персоналиями. Это могут быть важные деятели ар-деко — Эйлин Грей, Жан-Мишель Франк, Жак-Эмиль Рульман. А могут быть важные патроны, коллекционеры, заказчики с их частными пространствами — будуар Нелли де Ротшильд в парижском семейном особняке, декорированный Клеманом Мером и Клеманом Руссо, или студия Жака Дусе, создателя парижского кутюра наравне с Вортом, в особняке в Нёйи, где была выставлена его коллекция мебели ар-деко. И эти воссозданные интерьеры с оригинальной обстановкой и предметами — одна из главных удач выставки.

Среди прочих есть зал Жака Гранжа, задуманный как остроумный способ показать актуальность ар-деко. Самому знаменитому современному французскому декоратору — и одному из самых знаменитых в мире — выдали карт-бланш на создание интерьера ар-деко, для которого он использовал и свою собственную коллекцию, и другие частные собрания, и фонды музея. Жак Гранж — большой фанат ар-деко с тех пор, как еще в молодости попал к виконтам де Ноай, в их салон, обставленный Жан-Мишелем Франком, азартный коллекционер и страстный пропагандист, благодаря которому в 1970-е стиль ар-деко вновь вернулся в пространство современного декорирования.

Выставка устроена сложно, но в ней, безусловно, есть внутренняя логика, и кураторы музея с ней справились, завершая все историей размежевания двух главных институций ар-деко — Société des Artistes Décorateurs, основанного в 1901 году, и Union des Artistes Modernes, сформировавшегося в 1929-м вокруг Ле Корбюзье и Шарлотты Перьян. Участники первого сосредоточились на декорировании богатых вилл, а второго — увлеклись массовым производством, за которым и было будущее.

Справились кураторы и с задачей превратить все пространство Музея ар-деко практически в тотальную инсталляцию стиля. Одежда на выставке к 100-летию ар-деко представлена буквально несколькими предметами, но зато, перейдя через холл в другое крыло музея, вы оказываетесь на ретроспективе Поля Пуаре, на которой тот же большой стиль поворачивается к вам совсем другим боком.

Пуаре, великого и легендарного кутюрье, не принято рассматривать как столп стиля ар-деко — не особенно на этом настаивает и куратор ретроспективы Мари-Софи Каррон де ля Каррьер. Но после большой выставки эта ретроспектива — тоже, кстати, немаленькая, на два этажа,— видится будто бы сквозь специальный ар-деко-фильтр. Ретроспективу, конечно, можно смотреть отдельно, но вместе они подсвечивают друг друга и создают эффектную синергию.

Пуаре, кстати, тоже не пропустил историческую выставку 1925 года — он тогда арендовал три баржи вдоль левого берега Сены и представил на них не просто кутюр Paul Poiret, но цельный и всеобъемлющий стиль Paul Poiret. Он вообще мыслил большими концептами и с размахом их воплощал. Кроме одежды в кутюрном ателье он делал собственную парфюмерию в Parfums de Rosine и собственную мебель и предметы интерьера в уже упомянутом Atelier Martine — и тому и другому на этой выставке посвящен целый зал. И все это задолго до Dior Maison, Armani Casa или Fendi Casa. Впрочем, баржи ему не помогли, и ко второй половине 1920-х его богато декорированный стиль уже был побежден новой фэшн-идеологией строгости и новой роскошью, основанной на простоте,— и в этом тоже есть влияние ар-деко.

Однако сегодня декоративность Пуаре воплощает тот тип красоты, который понятен каждому и не требует специальных пояснений в виде русских балетов, китайских ширм и прочих клише. Его лишенный корсета силуэт, его прямые платья и широкие пальто спокойно можно представить на современной женщине — и рядом с оригинальными вещами в одном из залов выставлены наряды-оммажи Пуаре, сделанные современными дизайнерами. Ровно так же столы Франка или кресла Грей сейчас легко представить в любом современном интерьере ультрадорогих апартаментов и загородных домов — и в этом есть некоторая историческая ирония.

Но в том, что ар-деко не потеряло своего декораторского потенциала, в отличие от ряда более поздних стилей, и заключается самая основа его современности.