Что на полку, что под подушку

Посетить смотр того, чему не устают пророчить смерть под натиском технологий разные предсказатели, сменяя друг друга с течением времени, можно в Гостином Дворе со 2 по 6 сентября. Weekend изучил новинки издательств и составил список рекомендаций, чем обогатить домашнее собрание — для себя и детей.

Текст: Владимир Максаков

Гильермо Арриага «Аномалии»

Перевод: Фатима Таутиева под редакцией Дарьи Синицыной
No Age

Один из главных сценаристов современности возвращается в Россию с новым романом. Англия, конец XVIII века, закат Просвещения и рассвет романтизма. А в этой полутьме молодой отпрыск богатого и знатного рода хочет стать врачом вопреки воле семьи. Вот только герой желает лечить аномалии — особенности развития, опережая и медицину, и мировоззрение своего времени. У автора вышла во многом аллегория — и напоминание современному обществу: к отличиям надо быть терпимее. Но облечена она оказалась в такую же отличающуюся форму, которая сама на грани литературной аномалии.

Шанталь Верде, Анн-Лор Дюпон, Катрин Майер-Жауэн «Величие и драма: История Ближнего Востока с XIX по XXI век»

Перевод: Султан Смагулов
«КоЛибри»

С точки зрения «большой истории» Ближний Восток прошел деколонизацию относительно легко, но столкнулся с трудностями в самостоятельном развитии. В этой драме великое множество действующих лиц, так что в какой-то момент уже непонятно, за кем следить. Но вот тут и оказывается, что под слоем противоречий Ближнему Востоку присуще глубокое единство — его и помогает рассмотреть книга. Интеллектуальный контекст необходим, чтобы показать формирование в том числе и религиозных течений, определяющих современность.

Андрей Десницкий «Первые христиане. Какими они были "на самом деле"?»

«Альпина нон-фикшн»

Эта книга исследователя и переводчика Библии отвечает на вопрос, можно ли достичь идеалов первых христиан. И отвечает бескомпромиссно: нет, нельзя. Но шанс приблизиться хотя бы немного остается. Вероятно, в изначальной чистоте нельзя сохранить никакую религию — само время требует изменений. Но керигма — обращенная к нам сквозь века весть Иисуса — по-прежнему достигает наших душ.

Габриэль Зевин «Книжный остров мистера Фикри»

Перевод: Екатерина Горбатенко
МИФ

Пожалуй, идеальная книга для конца лета и начала осени. Почти сказочная история с элементами уютного детектива. И то и другое оправданно, так как посвящена она любви к книгам, а значит, и к людям. Герой теряет жену и антикварное издание, а его книжный магазин на грани разорения. Но в этот момент и происходит как бы фантастическое допущение, прекрасная условность — то, что мы все еще любим литературу. Совсем счастливых историй в современных романах не найти, но светлая грусть точно поможет развеять тоску.

Салман Рушди «Одиннадцатый час»

Перевод: Любовь Тронина
Corpus

Первая художественная книга современного классика после трагического нападения несколько лет назад, о котором Салман Рушди уже написал «Нож». И вот своего рода продолжение. Пять рассказов и повестей о старении и смерти. Пожилой человек оказывается фактически мигрантом в незнакомой стране и не знает, как в ней ориентироваться — а это ведь тема почти всего творчества Салмана Рушди. Память как основа идентичности стирается, и забвение — последняя свобода. Одиннадцатый час перед полночью жизни. Никаких ответов здесь быть не может, но есть движение к последней ясности.

• Фрагмент нового сборника Салмана Рушди «Одиннадцатый час».

Тосия Нисида «Лето в поисках кота»

Перевод: Екатерина Даровская
«Поляндрия»

Японская литература о котах — отдельная тема. Особенно если речь о книге для детей. Сюжет тоже почти классический для Японии — исчезновение, поиск и размышления в процессе. Однако важнее другое: умение представить каждое событие нашей жизни как ступень на пути взросления. Далеко не всегда этот опыт будет радостным. Но в кошачьем мяуканье (и мурлыканье) можно услышать, как сама жизнь говорит с нами. Бродский бы оценил.

Выйти из полноэкранного режима

Развернуть на весь экран

Фредиано Сесси «Письма из будущего: Шоа — что же это было?»

Перевод: Татьяна Быстрова
«Книжники»

Еще одна детская книга о холокосте, а шире и глубже — об исторической травме. К январю 2045 года в интернете не найти почти никакой информации о катастрофе европейского еврейства, и студентка консерватории, каждый день проходя через тот самый мемориал в Берлине, не понимает, чему он посвящен. Она начинает переписываться со своей бывшей учительницей, и та отвечает на ее вопрос: как это стало возможным? Эпистолярная форма словно подражает историческому источнику: диалог важен для сохранения памяти, чтобы это не повторилось.

Анастасия Строкина «Русалки России. От Карелии до Амура»

«Ламинария»

Русалки не с хвостами, а с ногами, и сидят они не только у Лукоморья, но и по всей России. Самая настоящая сказочная география, что-то вроде мифических путей миграции русалок (или сюжетов о них) — самых разных, но везде находивших благодатный водоем и раскидистое дерево. Семь рассказов о водных девах интересны еще и переосмыслением традиции, заставляющим нас задуматься. В том числе — на свой лад — об экологии.