В поисках укрытия

Реалистичная антиутопия, мистические ритуалы советского прошлого и пугающая подлинность выдумки — в новинках этой недели.

Текст: Владимир Максаков

Владимир Березин «Пентаграмма Осоавиахима»

«Азбука»

Книга в модном сегодня жанре, отражающем ностальгию по советскому прошлому, которое было больше, чем кажется. Советские символы и ритуалы вдруг обретают другой, почти мистический смысл — как и жертва, и подвиг во имя великой идеи. Под стать историческому воображаемому и его герои: им предстоит бороться не только за свою жизнь, но и совершать моральный выбор в духе соцреализма. Среди прочих достоинств романа — идеально выбранная историческая дистанция, так что ирония уживается с трагедией. Кажется, один из ключевых ответов на то, как было возможно советское.

Выйти из полноэкранного режима

Развернуть на весь экран

Ася Демишкевич «Там мое королевство»

«Альпина.Проза»

Почти классический сюжет о вымышленной стране начинает звучать по-новому. В нем сложно не увидеть отсылки к советской литературе — к примеру, к «Кондуиту и Швамбрании» Льва Кассиля, вот только там детские мечты были устремлены в коммунистическое будущее, здесь же — в сказочное прошлое. Волшебная страна успешно справляется со своей терапевтической функцией, но она же может стать подменой реальности. Бегство в нее связано с конфликтом детей и родителей, и расхожая истина, что лучше не взрослеть, вдруг становится пугающе убедительной. Но, как нетрудно догадаться, прощание с детством и есть главная тема романа: это всегда травма, а выдуманное королевство — возможно, единственная подлинность, остающаяся на всю жизнь.

Выйти из полноэкранного режима

Развернуть на весь экран

Дэйв Уоллис «Выжили только влюбленные»

Перевод: Виталий Тулаев
«Эксмо»

Российский читатель наконец может погрузиться в одну из важнейших «неклассических» антиутопий. Как и многие другие, возникла она в годы холодной войны как несогласие с правительственной политикой. Но от многих других ее отличает почти полное отсутствие фантастического элемента. Наоборот, она детально реалистична. В этом тексте видели и ключевой для своей эпохи конфликт поколений, и метафору отказа взрослых понимать происходящее — и даже реакцию на английскую рок-волну и предчувствие событий 1968 года. Но неизменным для антиутопии остается пробуждение сознания героя, понимающего, что все не так. А как должно быть, не знает, кажется, уже никто.

Выйти из полноэкранного режима

Развернуть на весь экран