«Приехала «Настя» какая-то, да еще и после "Наутилуса"»
Исполнилось 40 лет Свердловскому рок-клубу
В Москве большим концертом на «ВТБ Арене» завершается год уральского рока, приуроченный к 40-летию Свердловского рок-клуба. В субботу, 21 ноября, там выступят ветераны: «Чайф», «Агата Кристи», Сергей Бобунец из «Смысловых галлюцинаций». Выйдут на сцену и Егор Белкин (участник и групп «Урфин Джюс» и «Наутилус Помпилиус») с Настей Полевой. Накануне концерта Weekend поговорил с ними, как все начиналось и почему продолжается.
Участники Свердловского рок-клуба Егор Белкин (слева) и Вячеслав Бутусов (справа) с лидером ДДТ Юрием Шевчуком, 1990-е
Фото: из личного архива Егора Белкина и Насти Полевой
Участники Свердловского рок-клуба Егор Белкин (слева) и Вячеслав Бутусов (справа) с лидером ДДТ Юрием Шевчуком, 1990-е
Фото: из личного архива Егора Белкина и Насти Полевой
В 1986 году уральцы, не отставая от коллег в европейской части СССР, организовали в Свердловске (сегодня — Екатеринбург) официальный рок-клуб — место, собравшее вокруг себя множество необычных групп и ставшее центром уральского рока на долгие годы. В отличие от Ленинградского рок-клуба, Свердловский не занимал отдельное здание — официально это был небольшой кабинет №64 в ДК имени Свердлова. Бессменным президентом клуба оставался Николай Грахов. В числе наиболее значительных событий клуба были ежегодные форумы и выездные фестивали «Рок чистой воды». Концерты рок-клуба отличались яркими костюмами и качественными декорациями — для этого у него была специальная оформительская секция. Среди имен и названий, гремящих с тех пор в Екатеринбурге и далеко за его пределами,— многие участники этих событий: «Чайф», «Агата Кристи», Александр Пантыкин, Илья Кормильцев и другие.
Егор Белкин — гитарист, композитор, автор песен и аранжировок хитов (например, «На берегу безымянной реки» и «Прогулки по воде»). Участник групп «Урфин Джюс», «Группа Егора Белкина», «Настя», «Наутилус Помпилиус» и других. Живет в Санкт-Петербурге.
Настя Полева — певица, композитор и автор песен, участник групп «Сонанс», «Трек», лидер группы «Настя». Вместе с Егором записала более десяти альбомов. Одна из первых и самых известных вокалисток на советской рок-сцене. Живет в Санкт-Петербурге.
С чего началось?
Егор Белкин: Сорок лет назад не было ничего. Были только группа «Урфин Джюс», в которой играл я, и группа «Трек», в которой пела Настя. И мы противостояли друг другу, как Blur и Oasis. И это продолжалось до 1982 года, когда мы решили зарыть топор войны и познакомиться. Люблю то время: мы выходили на сцену сначала с одним коллективом, потом уходили за кулисы, переодевались и выходили с другим. Было братство, все друг друга уважали и любили. Во многом на Урале это сохранилось до сих пор.
Настя Полева: Я училась в Архитектурном институте, при нем был клуб. Я постучалась в дверь и спросила: «Можно прийти на прослушивание? Хочу петь». Меня спросили, на чем я играю, я ответила: немножко умею на гитаре. Мне дали гитару, я попела дворовые песни, какие сама подобрала, и мне сказали: «Мы тебя найдем». Так и познакомилась.
Первое время я просто приходила в клуб как тусовщица и болталась там до первой пробы пера. Тогда же в группе «Трек», которая образовалась после распада группы «Сонанс», появился очень важный человек — Андрей Балашов, скрипач и культурист.
Он качался со штангой и был повернут на Black Sabbath и древних римлянах. Как-то случайно он запал на Гэри Ньюмана и группу Tubeway Army. Эта музыка была четкой, ясной, лаконичной, никаких тарелок, одни сухие барабаны. Балашова торкнуло, и он написал песню. Сначала ее попытались петь парни, потом я — договорилась со звукооператором. Услышав мою запись, Балашов почесал репу и сказал: годится. После этого меня как изюминку вставляли в какие-то песни. Но о роли фронтвумен я тогда даже не мечтала — вокруг было только мужское пение.
Андрей Балашов (Борщ) — вокалист, клавишник и скрипач группы «Трек». Первая скрипка оркестра театра «Новая опера».
Какую музыку слушали в Свердловске 1980-х?
Егор Белкин: Конечно, знаменитого трехглавого дракона: цеппелинов, битлов и роллингов. Ну и еще любимых певиц — Сюзи Кватро и Shocking Blue. Меня как-то женский вокал всегда привлекал — и, как оказалось, неспроста: я влюбился и стал работать с Настей. А она в тот момент пела в «Треке», участники которого обожали группу Yes. Я, когда впервые Yes послушал, подумал, что это слишком кучеряво. Но Игорь Скрипкарь выдал мне бобины, по альбому на каждую сторону, и сказал: «Беру с тебя обет: месяц слушай только это, пожалуйста». И я месяц слушал только Yes и очень Игорю благодарен: после этого я стал богаче на целый жанр.
Игорь Скрипкарь — вокалист и бас-гитарист группы «Трек».
Настя Полева: В студенческие годы мое представление о рок-музыке крутилось вокруг группы Bee Gees. Роллингов я не понимала, а песни битлов даже не могла повторить: у них очень необычные мелодические и гармонические ряды, в которые надо вникать. Потом я полюбила 1970-е: Pink Floyd, Led Zeppelin, Queen и Deep Purple. Титанов 1960-х я долго не могла принять и только во взрослом возрасте научилась слушать Моррисона. Ну а потом панк, новая волна, диско — вся популярная музыка.
Как проходил легендарный фестиваль «Подольск-87», который негласно считают советским Вудстоком?
Рок-фестиваль «Подольск-87» — первый и самый легендарный рок-фестиваль в СССР, организованный Петром «Питом» Колупаевым, Марком Рудинштейном и Сергеем Гурьевым в подмосковном Подольске. В фестивале приняли участие 23 группы из 15 городов, среди которых были ДДТ, «Зоопарк», «Бригада С», «Наутилус Помпилиус» и другие.
Настя Полева: В Подольск звали всех. А у нас с Егором даже группы своей еще не было, и все музыканты из «Урфин Джюса». Видимо, организаторы решили, что мы — он и есть. А приехала «Настя» какая-то, да еще и после «Наутилуса» ее поставили! В общем, нас закидали огрызками. В меня почему-то целились спичечными коробками, в них оказалась марихуана, и я до сих пор не понимаю: это был жест презрения, чтобы я скорее свалила, или что? Само собой, Подольский фестиваль был эпохальный, но организован из рук вон плохо. А главное, получилась какая-то подстава: по типу музыки мы вообще не вписались. Все достаточно жестко играли, а мы со своей лирикой попали туда как кур в ощип.
Однако на разогреве у «Алисы» все у вас получилось?
Настя Полева: Дело было в Калининграде. Там был огромный зал — не стадион, конечно, но вместительный. Организаторы жаловались, что никак не могут найти музыкантов на разогрев — к кому ни обратятся, все отказываются. И понятно почему. Жесткие алисоманы закидывали чем ни попадя всех, кто был на разогреве у Кинчева. Помните Наталью Медведеву, жену Эдуарда Лимонова? Она как-то раз выступала перед Кинчевым, ее закидали. А я согласилась. Мы заранее отрепетировали, чтоб потяжелее звучание было, сидим в гримерке за сценой и слушаем, как фанаты скандируют: «А-ли-са! А-ли-са!» Музыканты сжались в комок. А я думаю: «Подумаешь! Мы Подольск пережили — и Калиныч переживем».
Константин Кинчев — лидер и автор песен группы «Алиса». Живет в Москве.
Вышли на сцену и начали с самых тяжелых песен. Через полчаса хиты пошли — алисоманы достали зажигалки, начали подпевать. В этот момент Костя Кинчев с группой вышел в зал — там вход был один для всех, с дальних рядов,— и обалдел. Никто не свистит, не орет. Он потом сказал: «Знал бы, пришел пораньше».
Лидер Группы «Алиса» Константин Кинчев, 1980-е
Фото: Борисов Сергей / Фотоархив журнала «Огонёк» / Коммерсантъ
Лидер Группы «Алиса» Константин Кинчев, 1980-е
Фото: Борисов Сергей / Фотоархив журнала «Огонёк» / Коммерсантъ
Каким запомнился Илья Кормильцев?
Илья Кормильцев — поэт, писатель, переводчик, книгоиздатель, музыкальный и литературный критик. Наиболее известен благодаря сотрудничеству с группой «Наутилус Помпилиус» — написал главные тексты группы. Также автор текстов для групп «Урфин Джюс», «Настя» и других. Умер в 2007 году.
Егор Белкин: Характер у Ильи, безусловно, был непростой. Он был ботаником, в школе его, скорее всего, били. И тогда же он понял, что его шанс утвердиться в мире молодых и красивых парней — это быть дико талантливым и делать то, что умеет только он. Когда он работал с «Урфин Джюсом», мы, естественно, его тексты правили. Правки касались только неблагоприятных созвучий, когда слова вместе неудобно встают и на слух слышатся неправильно. Илья страшно обижался, но мы держали оборону. А когда он стал работать со Славой (Бутусовым.— W), за текстами уже следил я один. Например, в песне «Стриптиз», которая и без того жуткая, у Кормильцева были слова «развесив кишки на ветках». Я ему говорю: «Илья, на кой тебе эти кишки, как они твою песню улучшают, к чему эта подробность, от которой людей будет тошнить?» В общем, наши с ним отношения сложно было назвать идеальными, но Настю он обожал и мстил мне самым простым образом. Когда выходил новый Настин альбом, он говорил: «Настя, ты мне "рыбу" давала послушать, так там все намного интереснее звучит, чем у этого козла» (имея в виду аранжировки Белкина.— W).
Вячеслав Бутусов — лидер и автор песен группы «Наутилус Помпилиус», группы «Ю-Питер», с которой выпустил пять альбомов. В 2017 году создал проект «Орден Славы», с которым в апреле 2025-го выпустил альбом «Мертвец».
Нельзя не спросить не про рокера, но как будто про своего — про Алексея Балабанова. В чем его талант?
Егор Белкин: Недавно в Екатеринбурге открыли памятник моему близкому другу — Лехе. Знаете, такие люди на церемонию съехались — Проханов, Михалков. Никита всегда Леху поддерживал, а вот Проханов почему-то считал, что Леха — человек ультраправых взглядов, а это было совсем не так. Нас с Настей Леха снимал в своих самых первых короткометражках, и по ним видно, каким хулиганьем, какими подонками мы были. «Когда б вы знали, из какого сора растут стихи...» Так и мы, несмотря на сорный образ жизни, все-таки сочиняли неплохую музыку.
У Леши в последнем фильме «Я тоже хочу» есть сцена, где он играет режиссера, а Саня Мосин — бандита. И они ведут беседу: «Ты че, бандит?» — «Я людей убивал».— «Понятно, вот тебя и не взяли».— «А ты-то чего?» — «А я вот режиссер». Я понял эту сцену так: бандита не взяли на Колокольню счастья за грехи, а режиссера — за то, что он подменяет жизнь, создает реальность, как ему нравится, и в этой реальности сам живет, а обычные люди к этому не имеют вообще никакого отношения.
У музыкантов то же самое. Я никогда, уж поверьте, чужую музыку не снимал на гитаре! Я ждал, когда я пойму логику человека, и только после этого играл что-то подобное, потому что уже понимал, как этот музыкант мыслит. В общем, надеюсь, что земляки, послушав, как Никита Михалков на открытии памятника Леху расхваливал, поймут, что Балабанов — настоящий режиссер. А если про нас с Настей будут писать и говорить — что мы настоящие музыканты.
Алексей Балабанов — независимый режиссер, сценарист, автор фильмов «Брат» и «Брат-2», «Жмурки», «Про уродов и людей», «Я тоже хочу» и других. Умер в 2013 году.
Егор Белкин на концерте памяти Алексея Балабанова, 2010-е
Фото: из личного архива Егора Белкина и Насти Полевой
Егор Белкин на концерте памяти Алексея Балабанова, 2010-е
Фото: из личного архива Егора Белкина и Насти Полевой
Как снимали «Брата»?
Настя Полева: Балабанов — режиссер авторского кино. Именно так себя он позиционировал, и именно в этом качестве его поддерживал Сергей Сельянов (кинопродюсер, руководитель кинокомпании СТВ.— W). Но как-то раз они решили забабахать хит. Тогда только вышло «Криминальное чтиво», по всей стране гремел сериал «Улицы разбитых фонарей». Вероятно, Леша решил сделать что-то среднее. И тогда же, увидев Бодрова-младшего в «Кавказском пленнике», влюбился и сочинил историю, которую мы увидели в кино. Окружение Балабанова с таким восторгом восприняло этот фильм, а я про себя думала: может, мы тупые и что-то не поняли? Потому что вроде бы нравится, а вроде много стремного. А Леша все это видел раньше, потому что служил в горячих точках. Он нас щадил, не рассказывал ничего, но понимал и то, что на самом деле случилось в Чечне, и почему происходят теракты. Он американцев ненавидел лютой ненавистью, считал, что они портят все, сеют хаос, смерть, разрушение. А мы ничего этого не понимали и рвались, как все, в США. А Леша — наоборот, в Россию.
Фильм был напичкан музыкой. При этом у самого Балабанова музыкальные предпочтения были консервативные. Он плохо воспринимал новый рок, и когда ему собирали плейлист для «Брата-2», просто подставлял песню к кадру и решал, подходит или нет, не вникая, кто исполнитель.
СНОСКА: В саундтреки к фильмам «Брат» и «Брат-2» вошли песни групп «Наутилус Помпилиус», «Настя», «АукцЫон», «Би-2», «Сплин», «Агата Кристи», «Маша и медведи», «Смысловые галлюцинации» и многих других. КОНЕЦ СПРАВКИ
Как рождались альбомы «Наутилуса»? И какие у вас любимые?
Егор Белкин: У «Наутилуса» я больше всего люблю «Князя тишины», «Наугад» и «Чужую землю». Там много цепляющих вещей — например, «Летучая мышь» или «На берегу безымянной реки». В них потрясающие гитарные партии. Знаете, как это бывает: вам приносят так называемую рыбу. Текста нет — вместо него какой-то нейтральный слог типа «бла-бла-бла». Как поступают с рыбой современные музыканты? Они просто играют аккордами. А как поступают нормальные чуваки? Они приносят на алтарь будущей песни все, что у них есть. Как появилась «На берегу безымянной реки»? Я принес на алтарь свою партию, а Сашка (Александр Беляев — гитарист, участник записи альбома «Чужая земля» группы «Наутилус Помпилиус», 1993) принес свою. И получилось так, что теперь все выучивают эти партии.
Настя Полева: Егор умеет из любого вялотекущего сырья сделать мощный вариант. Он вытаскивал самые гиблые материалы «Наутилуса». Они накидают лопатой руду, а Егор сидит и разделяет: совсем бесполезное выкидывает, нужное оставляет. Например, «Прогулки по воде» и «На берегу безымянной реки» шли на выброс. Ставку Бутусов делал на совсем другие треки. А оказалось, это два хита. И все это благодаря Егору.
Как сложился Свердловский рок-клуб?
Егор Белкин: Я вошел в состав «Наутилуса» во время их большого признания. До этого мы с Настей в группах «Урфин Джюс» и «Трек» много экспериментировали, старались найти свою волну. А они все пришли в рок-клуб позже и добились успеха. Я считаю это справедливым, потому что интерес к уральской музыке к тому времени уже был. Оставалось только появиться талантливым парням, которые бы его подогрели, и они появились: «Наутилус», «Чайф» и так далее. Последними, кто вступил в рок-клуб, были «Смысловые галлюцинации». И тоже не без успеха.
Владимир Шахрин и Владимир Бегунов — бессменные участники и авторы песен группы «Чайф». Живут в Екатеринбурге.
Настя Полева: Музыканты Свердловского рок-клуба — самый интеллигентный рок. Во главе угла всегда стояла музыка. Текстам тоже придавали значение, но музыка всем верховодила. И была задана очень высокая планка: не копировать западные группы, не попадать сильно под их влияние. Вот этим мы, наверное, отличаемся от питерского и московского рока до сих пор.
Как появился альбом «Танец на цыпочках»?
Настя Полева: Егор — такой человек, что его надо обязательно чем-то нагружать. Если у него не заняты руки и голова, могут случиться всякие психологические взрывы. Моя задача всегда была человека занять. И в один из таких парадоксальных моментов я предложила сделать альбом-трибьют. Мы выбрали самые любимые песни друзей, прибавили к ним собственные треки и свели все это в альбом в 1994 году. Гребенщиков (объявлен иностранным агентом) мне предлагал спеть «Контрданс». Но она мне как-то по тексту не легла. «Я напьюсь как свинья, я усну под столом» — а я сама не пью! БГ (Борис Гребенщиков объявлен иноагентом) смеялся: «А ты пой "я напьюсь, как БГ (объявлен иноагентом), и усну под столом"». Но было уже поздно, я выбрала его «Десять стрел». Песня «Размышления компьютера о любви» — это «Урфин Джюс» и Илья Кормильцев. Она мне так нравилась, игривая, подвижная, более конкретная, что ли, чем их другие арт-роковые формы. А с «Апрельским маршем» получилось так, что песню «Голоса» они сами предложили делать вместе, но потом мою запись выбросили. Поэтому мы с Егором с чистой совестью сделали свою версию, и она получилась довольно хитовой. Лейбл даже раскошелился на клип дорогущий анимационный, с которым режиссер Дмитрий Резчиков объездил несколько фестивалей.
Александр Патыкин и Вячеслав Бутусов, группа «Наутилус Помилиус», 1980-е
Фото: из личного архива Егора Белкина и Насти Полевой
Александр Патыкин и Вячеслав Бутусов, группа «Наутилус Помилиус», 1980-е
Фото: из личного архива Егора Белкина и Насти Полевой
Какие отношения у участников Свердловского рок-клуба?
Егор Белкин: Слава (Бутусов.— W) не использует в записях мои гитарные партии, потому что опасается финансовых претензий. Но это он зря. Мы с Настей исполняем несколько его песен, и у нас честный баш на баш: я не предъявляю тебе, ты не предъявляешь мне. Я никогда не скажу: «Эту песню написал я». Потому что ее написал Слава Бутусов — но! Что бы мы делали без саксофонного выступления в песне «Казанова», которое придумал Леша Могилевский? Или без припевов в ней же? Слава-то придумал песню на одной ноте, а Леша сделал ее хитом!
Государство в неустанной заботе постоянно лишает нас честно заработанных бабок. Со мной это происходит прямо сейчас — меня пенсии лишают. Оказывается, идут какие-то роялти с некогда написанных песен. Это считается доходом, а значит — долой пенсию! Если я когда-нибудь доберусь до сами знаете кого, я не буду, как Юра-музыкант, рассусоливать об общих вещах. Я конкретно спрошу: «Где деньги, Зин?» Я такой человек, всегда во всем ищу плюсы. Я не сдохну, пока не получу свою пенсию. Да хоть в 90 лет! С паршивой овцы хоть шерсти клок.
Почему нет сольных выступлений?
Егор Белкин: Вся наша карьера с переменными успехами, с переездами и сменой музыкантов длилась, пока не заболела Настя. Теперь мы больших концертов не играем, потому что она может петь примерно минут 15–20, а потом начинает жутко кашлять. Спасибо Вадику Самойлову, который в прошлом году широко праздновал день рождения и пригласил нас с Настей спеть несколько песен. Он таким образом открыл эту традицию, которую мы продолжим 21 ноября на концерте.
Вадим Самойлов — вокалист, гитарист, композитор, автор песен и лидер группы «Агата Кристи», которую основал в 1985 году вместе с младшим братом Глебом Самойловым.
Настя Полева: Весной 2019 года мне поставили диагноз. До этого я два года сочиняла песни — на целый альбом насочиняла. Но как только начались медицинские дела, стало абсолютно не до песен. Потом пандемия, теперь — все остальное. Я смотрю на песни и понимаю, что они вообще не в тему, как будто из другого мира. После двух лет химии у меня плохо сжимается кисть. Долго петь тоже не могу: рак неплохо так пожевал мои легкие. Сольные концерты уже не для меня.
Что такое рок-н-ролл и где вы в нем?
Егор Белкин: Когда я впервые услышал «Penny Lane» (песня The Beatles 1967 года.— W), я испугался. Какого хрена! Они же совсем молодые пацаны были — как они такое могли сочинить? А однажды мы с нашим иноагентом из «Аквариума» пошли на концерт King Crimson в БКЗ («Октябрьский» — главный концертный зал Санкт-Петербурга.— W), смотрю, а иноагент тихонечко встает и уходит с середины концерта. Через день спрашиваю: «А это что было?» А он мне: «Егорыч, мы так никогда играть не будем, мы настолько чудовищны, что как бы нам ничего не светит!»
У меня такое было только с одной-единственной группой и одним-единственным альбомом — «The Dark Side Of The Moon» (восьмой студийный альбом группы Pink Floyd, записанный в 1973 году.— W). Я когда все эти соло слушал, думал — ох, блин!
Рок-н-ролл тех лет — это прекрасная эпоха. У нас с Сашей Пантыкиным есть песня «Запоздалый поезд». Про то, что мы стоим на перроне, поезд уже отваливает, но мы на подножку последнего вагона успеваем вскочить. Она про то, как мы с Пантыкиным счастливы, что причастны к этой эпохе. Слава богу, хоть в самом конце, но все-таки в ней были.
Вячеслав Бутусов, группа «Наутилус Помилиус», 2000-е
Фото: Трубников Юрий / Фотоархив журнала «Огонёк» / Коммерсантъ
Вячеслав Бутусов, группа «Наутилус Помилиус», 2000-е
Фото: Трубников Юрий / Фотоархив журнала «Огонёк» / Коммерсантъ
Каким будет концерт в Москве?
Егор Белкин: На концерте в честь 40-летия Свердловского рок-клуба мы с Настей делегировали право выбирать песни, которые будем исполнять, Вадиму Рудольфовичу Самойлову (лидер группы «Агата Кристи».— W). Вадик сказал: «Мне со стороны виднее. Я единственный из всех нас, кто пытается кувыркаться в современности». Вадька и вправду кувыркается, тут вопросов нет. И он, конечно, прав. Ни один автор не способен определить, какая из его песен по-настоящему хороша.