Богемно и с симфониями
Виолончельный фестиваль Vivacello открылся посвящением Антонину Дворжаку
XVIII выпуск фестиваля Vivacello стартовал 9 ноября в Концертном зале им. П.И. Чайковского. Самый масштабный в России форум, полностью посвященный виолончельной музыке, продлится до 18 ноября. Weekend рассказывает, какова дальнейшая программа фестиваля и чем запомнилась церемония открытия.
Виолончельный фестиваль Vivacello 2026
Фото: Иван Новиков-Двинский / архив пресс-службы Vivacello
Виолончельный фестиваль Vivacello 2026
Фото: Иван Новиков-Двинский / архив пресс-службы Vivacello
В этом году один из главных виолончельных проектов достиг своего совершеннолетия, оставив позади внушительный багаж из большого количества российских и мировых премьер современных композиторов, неожиданных коллабораций, экспериментов с жанрами и формами. Но теперь, как шутливо заметил бессменный арт-директор Vivacello Борис Андрианов, фестивалю официально разрешается совершать глупости и не слушаться старших. Впрочем, это произошло уже на прошлогоднем марафоне, где был и виолончельный стендап, и дуэт виолончели и домры, и даже монгольский музыкант в национальном костюме. Нынешняя программа, по логике, должна была превзойти вышеописанное по своей оригинальности, но худрук Андрианов решил пойти обратным путем. Концерт музыки барокко в импровизационной форме, танцевальный спектакль на музыку Баха, поставленный артистами musicAeterna Dance и виолончелисткой Мириам Пранди, презентация виолончельных пьес ныне живущих авторов в ДК «Рассвет» — вполне академические концерты. И лишь в финале Vivacello-2026 публика отправится в путешествие по морям «Феерической фантазии» Ришара Дюбюньона и узнает, как турецкий мэтр Фазыл Сай отразил призыв никогда не сдаваться.
Открытие фестиваля получилось действительно богемным (и не только потому, что зал Чайковского заполнили светские лица, в числе которых была президент Vivacello, меценат Ивета Манашерова). Концерт целиком посвятили Антонину Дворжаку, воспевшему красоту природы своей родины, называвшейся раньше Богемией. А еще приурочили вечер к 185-летию со дня рождения великого чешского композитора, чья симфоническая музыка нередко звучит на столичных площадках. Особенно популярен его Виолончельный концерт, который Борис Андрианов называет самым великим, что написано для виолончели с оркестром. Артист убедительно доказал свою мысль, образцово исполнив цикл с Академическим симфоническим оркестром Московской филармонии под управлением Александра Сладковского.
Сугубо романтический, а в медленной части напоминающий лирические темы Брамса, Концерт Дворжака увлек своей чувственностью, черпающей истоки в истории любви композитора, и одновременно строгой выверенностью классической структуры, где нарастания и спады динамических контрастов и четкое распределение ролей между соло и аккомпанементом уносили куда-то вглубь веков. Ее величество виолончель, которую композитор сперва не жаловал как сольный инструмент («верхний регистр визжит, а нижний рычит»), здесь эмоционально разговаривала на своем национальном языке, смешанном с европейским, а в руках такого мастера, как Борис Андрианов, преобразилась, подобно отточенному драгоценному камню. На бис раздалась «Песня птиц» Пабло Казальса: эту миниатюру арт-директор Vivacello сыграл в тишине, иногда нарушаемой звуками падающих (от изумления?) телефонов.
Путешествие в Богемию XIX века по-настоящему произошло во втором отделении, где Академический симфонический оркестр филармонии и Александр Сладковский исполнили Восьмую симфонию Дворжака. Кстати, у маэстро в этот вечер, возможно, возникло ощущение дежавю, поскольку эту же программу — Виолончельный концерт и Симфонию — он представил два года назад в Петербурге, заняв пульт оркестра musicAeterna. Сладковский — один из немногих дирижеров, умеющих найти контакт с абсолютно любым коллективом и добиться от него впечатляющего высококлассного звучания. Cо своими новыми подопечными на открытии Vivacello он заставил на час перенестись из торжественного зала Чайковского в деревню недалеко от Праги, где и была создана Восьмая симфония.
Оркестр подчеркнул гимнический, приподнятый характер частей, народный колорит и множество звукоизобразительных моментов — имитацию пения птиц у флейты, пастуший наигрыш у английского рожка. Закончилось все, разумеется, аккордовым ликованием всех инструментов и театральным хеппи-эндом. И это как будто означало то, что впереди у Vivacello наверняка будут не только подобные образцовые концерты, но и много возможностей для музыкального «хулиганства».