«То еще приключение»
Майкл Дуглас выпустил мемуары о себе и о других
В оригинале название книги звучит как «One Helluva Ride». Weekend почитал новинку и делится яркими фрагментами — конечно, о любовных похождениях актера. Тем более что книга если не только, то во многом о них.
Фото: AP
Фото: Archive Photos / Getty Images
Фото: Keystone / Getty Images
Фото: Michael Ochs Archives / Getty Images
Фото: Michael Ochs Archives / Getty Images
Фото: Getty Images
За свою пятидесятилетнюю карьеру в кино и на телевидении я на экране вступал в любовные отношения с целым рядом красивых и талантливых женщин, в том числе с Кэтлин Тёрнер, Гленн Клоуз, Шарон Стоун, Джинн Трипплхорн, Аннетт Бенинг и Деми Мур...
Кэтрин Зета-Джонс
Я проводил ее до лифта и приготовился пожелать спокойной ночи. Но вместо этого в порыве мимолетного безумия у меня вырвалось: «Я стану отцом твоих детей».
Она долго смотрела на меня, а затем ответила: «Знаешь, я много всего про тебя видела, многое читала и многое слышала. И предполагаю, что все это правда. Думаю, самое время сказать: спокойной ночи».
Затем она зашла в лифт, и двери за ней закрылись. И вот сейчас, если вы в этой книге ничему не верите, пожалуйста, поверьте вот этому единственному: когда я сказал Кэтрин, что буду отцом ее детей, это не было дешевым подкатом. Это была правда. Потому что, хоть я знал ее всего один вечер... В ней было что-то совершенно иное. Что-то, отличающее ее от любой другой женщины, которую я когда-либо встречал.
Она была волшебной, в том смысле, что это выходило за рамки красоты. И я был, как никогда прежде, убежден, что она и есть та самая единственная. Это тот момент, который случается лишь раз в жизни, если тебе повезет. Тот единственный раз, когда ты без всяких сомнений знаешь, что тебе суждено с кем-то быть.
Именно это я и пытался до нее донести. Возможно, если бы я потрудился немного подумать или если бы я выпил чуть меньше в тот вечер, я бы выразился несколько более красноречиво и убедительно.
Но вместо этого я остался стоять тогда один, боясь, что только что все испортил с самой красивой, обаятельной и привлекательной женщиной в мире. И вдобавок к тому, что я ей только что сказал, было еще три обстоятельства, которые играли против меня.
Во-первых, я был на 25 лет старше ее. Очевидно, это было проблемой.
Во-вторых, хотя Диандра (первая жена Майкла Дугласа, в девичестве Люкер.— Weekend) подала на развод в 1995 году, мы все еще вели переговоры, пытаясь урегулировать условия (знакомство с Зета-Джонс произошло в 1998-м на фестивале американского кино во Франции.— Weekend). Это вряд ли могло показаться заманчивым для тридцатилетней женщины, которая никогда замужем не была.
В-третьих, у меня, кажется, сложилась некая репутация человека, который любит проводить время с разными женщинами.
Сплошные красные флаги.
Фото: Michael Montfort / Michael Ochs Archives / Getty Images
Фото: AP
...
Как и было обещано, я подготовил для нее комнату. Но, честно говоря, этот визит отличался от всех предыдущих, и нам другая комната не понадобилась. С того самого дня мы были вместе.
Она спросила меня: «Так ты теперь мой парень?»
Я улыбнулся и кивнул.
Она сказала, что понимает: я холостяк, только что вышедший из долгого брака, но она готова только на моногамные отношения. «Мне неинтересно с тобой встречаться, если ты встречаешься с другими. Ты либо можешь продолжать с ними, либо прекратить — и быть со мной».
Я ответил: «Подожди, мне нужно сделать пять быстрых звонков».
«Пять? Тебе нужно сделать пять звонков?!»
С Кэтрин Зета-Джонс в 1999
Фото: Kevork Djansezian / AP
С Кэтрин Зета-Джонс в 1999
Фото: Kevork Djansezian / AP
Сразу после свадьбы я встречался с пятью другими женщинами. Они знали, что я недавно расстался с женой и нахожусь в процессе развода. Я позаботился о том, чтобы все они жили в разных городах, и это казалось мне вполне уважительным способом быть немоногамным. Ни одна из них не требовала от меня обязательств и даже не интересовалась моей иной жизнью. Я уверен, что они тоже имели отношения с другими людьми. В тот день я позвонил каждой из них и сказал, что встретил кое-кого и больше не смогу с ними общаться. Все они восприняли это с пониманием.
Кэтрин приехала на пять дней и не уехала уже никогда — это означало, что мы вместе. И я был этому несказанно рад. Когда я рассказал об этом родителям, лучше всех отреагировал отец, который, конечно же, помнил день, когда мы впервые увидели Кэтрин на экране в фильме «Зорро»: «Ах ты, везучий ублюдок!»
Тогда я и не подозревал, что после нашей поездки в Испанию она уже решила: мы поженимся. Оказывается, она поговорила со своей мамой и сказала, что выйдет за меня замуж. Мама подумала, что она сошла с ума и это просто юношеская любовь. Но Кэтрин говорит, что она просто это знала. Именно поэтому она действовала не спеша.
Фото: Valerie Macon / AFP
Фото: Global Look Press
Фото: Hulton Archive / Getty Images
Фото: Hulton Archive / Getty Images
Фото: Getty Images
...
И вот, не успеешь оглянуться, первые полосы всех лондонских таблоидов заполонили фотографии с нашими снятыми исподтишка личными моментами.
У нас с Кэтрин разное отношение к прессе. Я очень открыт и честен в интервью, но почти никогда не читаю то, что обо мне пишут. Кэтрин гораздо более сдержанна в том, что говорит СМИ,— но, поскольку она выросла во времена, когда таблоиды получили максимальное распространение, Кэтрин и ее семья читают все подряд.
И хотя ее карьера только набирала обороты, Кэтрин уже не понаслышке знала, что значит быть публичной фигурой. Она начала трудовой путь в девять лет, сыграв Джули, одну из девочек-сирот в оригинальной постановке мюзикла «Энни» в Вест-Энде. К 13 годам она исполнила главную роль Таллулы в постановке «Багси Мэлоун» там же. Затем она была участницей хора мюзикла «42-я улица». В одной из тех волшебных театральных историй она была второй дублершей главной исполнительницы, и однажды вечером сама героиня и первая дублерша отсутствовали, поэтому она получила главную роль. Продюсер Дэвид Меррик случайно зашел тогда посмотреть свой спектакль. Он был настолько впечатлен ее игрой, что в дальнейшем отдал главную роль ей.
Оттуда она перешла в сериал «Нежные майские цветы», который стал хитом и сделал ее звездой в Великобритании. Она привлекла внимание Стивена Спилберга, и он порекомендовал ее для фильма «Маска Зорро».
Фото: Andrej ISAKOVIC / AFP
Фото: Global Look Press
Фото: Global Look Press
На протяжении всего этого времени Кэтрин старалась сохранять свою личную жизнь в тайне. Но британцы, особенно когда кто-то из их круга уезжает в США, могут повести себя нечестно. Скорее даже откровенно мерзко.
И первым делом она позвонила родителям.
Я вздохнул с облегчением, узнав, что ее отец не рассердился. Оказалось, что, хотя родители Кэтрин и не были киноманами, на первом свидании они ходили на «Спартака» (фильм 1960 года Стэнли Кубрика с отцом Майкла Дугласа, Кирком Дугласом, в главной роли.— Weekend). Так что это был еще один запоздалый подарок от моего отца: ее родители с самого начала оказались настроены ко мне благосклонно.
Принцесса Диана
Через две недели после того, как я получил премию «Оскар», компания Twentieth Century Fox организовала благотворительный гала-показ в кинотеатре «Одеон» в лондонском Вест-Энде. На этом мероприятии у меня была роскошная спутница, которая добавила мероприятию блеска и гламура,— принцесса Диана.
Я впервые встретил принцессу Диану несколькими годами ранее в студии в Лондоне, когда занимался постпродакшеном фильма «Кордебалет». Она зашла к моему режиссеру, сэру Ричарду Аттенборо, и он нас познакомил. Вживую она показалась мне еще красивее, чем на фотографиях, а еще она обладала острым умом и чувством юмора. Помню, что мы без труда завели беседу и хорошо поладили.
Моя следующая встреча на королевском уровне состоялась на гала-вечере в честь фильма «Уолл-стрит» в Лондоне. Мы выстроились в традиционную цепочку прибывших официальных лиц и гостей, чтобы поочередно быть представленными членам королевской семьи. Было замечательно снова увидеть принцессу, и я был рад тому, что она помнила нашу первую встречу и упомянула о ней. В этой книге есть фантастическая фотография, где мы с ней разговариваем в тот вечер. Мы были погружены в беседу, и в кадр попал запоминающийся взгляд Теренса Стэмпа, внимательно наблюдающего за нами. Если бы фотография могла говорить, тут бы прозвучала история...
С принцессой Дианой на премьере фильма «Уолл-стрит», Лондон, апрель 1988
Фото: Princess Diana Archive / Getty Images
С принцессой Дианой на премьере фильма «Уолл-стрит», Лондон, апрель 1988
Фото: Princess Diana Archive / Getty Images
Когда пришло время показа, мне сказали, что нас с принцессой Дианой посадят вместе. Помню, как я проскользнул к своему месту в кинотеатре «Одеон» и взглянул на нее. Она улыбнулась. Свет погас. Мы смотрели весь фильм, сидя рядом, наши руки время от времени соприкасались на общем подлокотнике. Помню, как подумал, что миллионы людей по всему миру хотели бы просто увидеть принцессу так близко или провести с ней хотя бы минуту, а я сидел рядом с ней целых два часа. По мере развития событий на экране мне стало неудобно за то, как выражается мой персонаж Гордон Гекко. Помню, как в какой-то момент я наклонился к принцессе и прошептал извинения. Она посмотрела мне в глаза, улыбнулась и засмеялась. Она отнеслась к этому спокойно и очень по-доброму. Не знаю, сколько людей было в кинотеатре в тот вечер, но на несколько часов мне показалось, что все остальные исчезли и остались только мы вдвоем. Время, которое мы провели в тот вечер вместе, для меня было особенным.
Это было трудное время для принцессы Дианы. Ее брак с принцем Чарльзом разваливался, и это происходило у всех на глазах. В гораздо меньшем масштабе я переживал с Диандрой то же самое, так что я ощутил нашу схожесть. После фильма состоялся частный ужин, и мне посчастливилось провести время наедине с принцессой Дианой вдали от камер. Она излучала обаяние и страстно рассуждала о мироустройстве и глобальных гуманитарных кризисах. Во время нашего разговора всё вокруг нас словно замерло. Я осознал, что публикации таблоидов о ней неверны или, по крайней мере, несправедливо неполны. Правда была проста: она была несчастлива в браке и хотела другой жизни.
У меня случилась еще одна официальная встреча с ней перед ее гибелью — во время съемок фильма «Свет во тьме». Принц Чарльз пригласил нас с Мелани Гриффит на благотворительное мероприятие... Мы не были уверены, что сможем приехать, потому что у нас шли съемки, но мы закончили работу раньше вечером и помчались на прием, успев как раз к антракту. Когда Чарльз и Диана поняли, что мы не знаем, где будем сидеть, они любезно пригласили нас в королевскую ложу. Мы появились в ложе перед второй частью представления, и вся публика встала и зааплодировала, все взгляды были прикованы к нам. Это было абсолютно нереально. Я взглянул на принцессу, и мы обменялись улыбками.
Кэтлин Тёрнер
Химия между мной и Кэтлин Тёрнер была настолько сильной, что зрители годами были уверены, что у нас были отношения на площадке. Мы оба отрицали это во время съемок картин «Роман с камнем», «Жемчужина Нила», «Война супругов Роуз». И даже на пресс-конференциях в связи с сериалом «Метод Комински» несколько лет назад.
С Кэтлин Тёрнер на съемках «Жемчужины Нила», 1985
Фото: Sunset Boulevard / Corbis / Getty Images
С Кэтлин Тёрнер на съемках «Жемчужины Нила», 1985
Фото: Sunset Boulevard / Corbis / Getty Images
Официальная версия была такой: да, мы признаемся, что между нами была потрясающая химия. Да, мы оба, как сказала Кэтлин, были «жуткими любителями пофлиртовать», и да, мы оба были в ситуации искушения, но между нами ничего не произошло.
Это ложь.
Это была неправда, призванная защитить мою жену и сына, ложь, и мы ее рассказывали всему миру на протяжении 40 лет. Более того, в интервью журналу People всего несколько лет назад Кэтлин настаивала на этом, говоря: «О, я жаждала его, но он все еще был женат... Это было то чудесное сексуальное напряжение, понимаете? Когда ты действительно, действительно знаешь, что хочешь кого-то — и не можешь его получить. И это было взаимно...»
Правда в том, что во время съемок фильма «Роман с камнем» мы с Кэтлин сильно влюбились друг в друга и начали встречаться. Речь шла не о легкой интрижке, этот роман развивался естественным путем — мы плотно работали вместе и вместе испытывали неимоверное давление. Мы уважали друг друга и заботились друг о друге, и у нас возникло взаимное влечение. Как и почти любого другого мужчину в то время, Кэтлин просто выбивала меня из колеи. У нее было необыкновенное сочетание ума и сексуальности, она была человеком, который может легко переходить от драмы к комедии и мелодраме, из роковой женщины в «Жаре тела» превращаться в безнадежно романтичную особу в «Романе с камнем». У нас была потрясающая связь, и та экранная химия, которую люди до сих пор обсуждают спустя столько лет, была самой что ни на есть настоящей.
У нас с Кэтлин никогда не было разногласий. Сначала мы стали друзьями, потом коллегами на съемочной площадке и, наконец, возлюбленными. После изнурительного съемочного дня в джунглях мы шли куда-нибудь поужинать или отправлялись куда-то с группой, а потом я пробирался в ее номер в отеле, когда все уже спали. В лифтах не было камер, не было ассистентов, фотографирующих на мобильные телефоны. Пока Джек и Джоан влюблялись друг в друга в фильме, мы с Кэтлин поддерживали эту химию. Мы скрывали нашу связь. Даже Боб и Дэнни (режиссер фильма Роберт Земекис и актер Дэнни Де Вито, друг Майкла Дугласа.— Weekend) были не в курсе.
Фото: Gero Breloer / AP
Фото: Universal / Getty Images
Фото: Columbia Pictures / Getty Images
Фото: AP
Наш роман, как мне казалось, был той самой крепкой связью, которая лежала в основе этого фильма. Каждый из нас жаждал, жаждал успеха. Мы рисковали своей карьерой ради этого. Мы были в этом вместе, и мы вместе поднимались и падали. Мы пережили проливные дожди, ссадины, грязь, водопады и крокодилов. И конечный результат превзошел все наши ожидания.
Джинн Трипплхорн, Шарон Стоун и «Основной инстинкт»
Любовные сцены — это работа.
Шарон позже заявила, что мы с ней были «горизонтальными Фредом Астером и Джинджер Роджерс (самый известный танцевальный дуэт в истории голливудского кино.— Weekend) девяностых». И кто я, чтобы спорить с такой ее оценкой?
Тем, с кем у меня на самом деле были отношения за кадром, была Джинн Трипплхорн, которая играла моего психотерапевта. Это был ее первый фильм, и, учитывая сильнодействующее сочетание сексуальности, насилия и напряженности «Основного инстинкта», его стоит считать чертовски хорошим началом для кинокарьеры. Джинн не хотела связываться с женатым мужчиной, но я заверил ее, что мы с Диандрой официально расстались.
С Шарон Стоун в фильме «Основной инстинкт», 1992
Фото: Carolco Pictures / Canal + / Collection ChristopheL / AFP
С Шарон Стоун в фильме «Основной инстинкт», 1992
Фото: Carolco Pictures / Canal + / Collection ChristopheL / AFP
Для нас с Диандрой это был долгий и тернистый путь, с таким количеством попыток сохранить отношения, что я сбился со счета, сколько раз мы расставались и снова сходились. Было нелегко, поэтому мы оба избегали прямого обсуждения глаза в глаза. Лучшее, что мы могли бы сделать,— завершить брак годами раньше. К тому моменту мы оба встречались с другими людьми, жили раздельно, и мы понимали, что союз распался. Но мы не говорили об этом Кэмерону (сын Майкла Дугласа от брака c Диандрой.— Weekend), которому на момент съемок было около тринадцати. До развода оставалось еще несколько лет, но правда была в том, что брак завершился много лет назад. Наше решение оставаться семьей ради Кэмерона в конечном итоге имело обратный эффект и способствовало возникновению некоторых проблем (Кэмерон Дуглас столкнулся с серьезными проблемами с законом из-за наркотиков.— Weekend), которые у него появились, когда он начал употреблять марихуану.
...
Казалось, что никто не подозревал, что мы с Джинн вместе, зато все предполагали, что что-то происходит между мной и Шарон. Все были так сосредоточены на возможных отношениях между мной и Шарон, что упустили из виду настоящие отношения между мной и Джинн.
Хотя наша близость в реальной жизни была просто потрясающей, съемки сцен любовных игр на камеру оказались непростыми. На глазах у съемочной группы Джинн так нервничала, что начинала безудержно смеяться невпопад. В конце концов она справилась с собой и перестала хохотать, и мы сняли напряженную сцену секса, где я рву на ней одежду и кусаю ее. Она просит меня остановиться, но я ее не слушаю. Смысл агрессии Ника в этой сцене в том, что он выпускает пар, выплескивает разочарование и сексуальное влечение, которое он испытывает к Кэтрин. Я понимаю, почему некоторые считают, что мой персонаж зашел слишком далеко. Сегодня на эту сцену посмотрели бы иначе. В фильме же героиня Джинн, Бет, как будто спускает это на тормозах — просто как грубый секс, которого она не ожидала.
С Шарон Стоун и Джинн Трипплхорн, май 1992
Фото: BENAINOUS / DUCLOS / Gamma-Rapho / Getty Images
С Шарон Стоун и Джинн Трипплхорн, май 1992
Фото: BENAINOUS / DUCLOS / Gamma-Rapho / Getty Images
В преддверии этого дня Джинн шутила, что когда она посмотрела список реквизита, там было указано 12 пар трусиков, которые легко рвутся. Спустя годы после съемок «Последнего танго в Париже» исполнительница главной женской роли Мария Шнайдер признавалась, что на площадке чувствовала себя оскорбленной, поскольку ей заранее не сообщили деталей сексуальной сцены с Марлоном Брандо (знаменитая сцена с маслом). В наши дни есть координаторы интимных сцен, их работа заключается в том, чтобы убедиться, что все чувствуют себя комфортно во время съемок. Тогда у нас было не ахти какое представление о согласии, но мы действовали по старинке, все планировали и тщательно репетировали каждое движение...