Жалит как пчела

Как Уилл Смит канонизировал на экране главного боксера XX века

25 сентября Уилл Смит отмечает день рождения, и это отличный повод вспомнить фильм, который сегодня редко всплывает даже в разговорах его преданных фанатов. Речь про «Али» Майкла Манна, одну из лучших ролей в карьере актера и прекрасный пример того, как стоит снимать спортивные байопики.

Текст: Никита Прунков

Кадр из фильма «Али». Режиссер Майкл Манн, 2001

Кадр из фильма «Али». Режиссер Майкл Манн, 2001

Фото: Columbia Pictures

Кадр из фильма «Али». Режиссер Майкл Манн, 2001

Фото: Columbia Pictures

Есть расхожее заблуждение, что идеальное спортивное кино обязано фокусироваться на самой игре: тренировках, тактической подготовке, драме внутри конкретного матча или поединка. На деле оказывается ровно наоборот — лучшие образцы жанра используют спорт скорее как повод или рамку, сквозь которую удобно рассказывать о вещах куда более масштабных: будь то конкретная эпоха, сложная отношенческая арка, политический конфликт или то, что происходит с человеком, когда его тело становится общественным достоянием.

К моменту выхода «Али» Майкл Манн уже был автором культовых «Схватки» и «Своего человека» — то есть режиссером, которого интересуют одержимые своим делом одиночки. Для роли Мохаммеда Али Уилл Смит почти год подготавливал себя физически и ментально: боксировал пять раз в неделю по несколько часов в день, изучал ислам, ставил специфическую манеру речи спортсмена и активно набирал мышечную массу. И набрал он ни много ни мало 15 килограммов, благодаря чему и было оостигнуто сходство между ним и важнейшим спортсменом прошлого столетия.

«Люди думают: ну хорошо, ты учишься боксировать два-три месяца, а потом идешь сниматься. Вот и все! Но то, чего Уилл Смит добился в этом фильме, — невероятно. Дело не только в движениях и боксе — уже этого достаточно сложно добиться. Важно еще и то, чтобы он мысленно оказался в 1964 году, а для этого ему пришлось сидеть вот здесь и разговаривать с Джеронимо Праттом (один из лидеров леворадикальной организации "Черные пантеры")», — вспоминал Майкл Манн.

Съемки машстабного проекта прошли в штатах — в Лос-Анджелесе, Нью-Йорке, Чикаго и Майами, — а также в Мозамбике, куда группа отправилась ради пяти недель натурных съемок африканской части истории (это решение добавило к и без того раздутому бюджету в 100 с лишним миллионов долларов дополнительные 12-16). За визуальный облик фильма отвечал будущий трехкратный обладатель «Оскара» Эммануэль Любецки: он постоянно меняет оптику восприятия происходящего — камера то переходит в slo-mo, то теряет фокус, то выхватывает из общего движения отдельные детали. Особенно завораживают боксерские сцены: в финальном поединке камера практически становится участником боя, а небольшая дополнительный субъективный объектив буквально подставляется под удары Али и Формана. Такой прием переносит зрителя прямо внутрь четырехугольника и делает бокс физически ощутимым. И это при том, что «Али» — лента не столько про спорт высоких достижений, сколько про человека-явление и мир, в котором он жил.

Фактически «Али» охватывает всего десять лет — с 1964 года, когда молодой Кассиус Клей (настоящее имя боксера) отбирает титул чемпиона мира у Сонни Листона, и до легендарного боя с Джорджем Форманом в Заире в 1974-м, вошедшего в историю как «Грохот в джунглях». И подобная структура картины выдает главный творческий выбор Манна: он сознательно почти не показывает ни детство героя, ни его путь наверх, ни тем более поздние годы жизни, сопровождающиеся болезнью Паркинсона. Вместо этого режиссер выбирает исключительно период высшей славы Али и подробно препарирует именно его.

К слову, конфликтов там хватает и без 12-раундовых поединков: в течение почти трех часов мы наблюдаем за тем как Кассиус становится Мохаммедом, дружит и трагически разрывает отношения с Малкольмом Икс, отказывается идти в армию по религиозным убеждениям в разгар Вьетнамской войны (после чего лишается титула) и выстраивает особенную коммуникацию с прессой. Очевидно, что бокс здесь становится скорее физическим выражением всего окружающего напряжения, но никак не самоцелью. При этом стоит сказать, что в части боевой хореографии «Али» выглядит практически эталонно: Любецки показывает поединки документально, уходя от привычных для своего времени клише и неправдоподобной динамики.

Удивительно и то, что при всех видимых преимущесвах проект с самого начала преследовала обидная несправедливость: фильм получил в целом теплые отзывы критиков — рейтинг на Rotten Tomatoes держится на уровне 69% — но в прокате оказался настоящей катастрофой, собрав по миру около 87,7 миллиона долларов при бюджете в почти в 120 миллионов и принеся студии колоссальные убытки. Даже две номинации на «Оскар» — Смита за главную роль и Войта за лучшую мужскую роль второго плана — не спасли картину от статуса дорогого провала.

Российская критика в 2002 году реагировала на «Али» осторожно, но в основном благосклонно: фильм называли одним из самых неголливудских и реалистичных байопиков своего времени, отдельно отмечая работу Уилла Смита. Сегодня картина интересна прежде всего тем, что Майкл Манн не стал превращать историю великого боксера в каноничный панегирик великому чемпиону или парад безупречных побед. Его Али — человек противоречивый, порой тщеславный, упрямый и не всегда удобный. За декаду, показанную в фильме, он проходит через религиозный выбор, политическое давление, конфликты и потерю титула — и каждый раз оказывается перед необходимостью заново определять, кем он хочет быть. Показательно, что сам Али после просмотра спросил у окружавших его людей: «Я что, действительно был таким сумасшедшим?» И тут же дал фильму, пожалуй, самый важный комплимент, заявив, что доверяет Манну и Смиту и поддерживает именно эту картину.

Мухаммед Али (слева) с актером Уиллом Смитом на премьере фильма «Али» в Голливуде

Мухаммед Али (слева) с актером Уиллом Смитом на премьере фильма «Али» в Голливуде

Фото: Reuters

Мухаммед Али (слева) с актером Уиллом Смитом на премьере фильма «Али» в Голливуде

Фото: Reuters

Словом, для Уилла Смита «Али» стал одной из самых серьезных актерских задач в карьере. До этого он был рэп-звездой и скорее комедийным героем, а за историю такого масштаба он долго не решался взяться: по словам Смита, он долгое время отказывался от роли, потому что не считал себя достаточно подготовленным, чтобы сыграть человека, которого искренне считал величайшей фигурой последнего столетия. Переломным оказался разговор с Майклом Манном: режиссер составил для актера целую программу подготовки, которая включала изучение биографии Али, его взглядов, религии и отношений с близкими. Важнейшей проверкой стала реакция самого Али: после просмотра он назвал Смита «идеальным актером» и признался, что в какой-то момент даже подумал, будто видит на экране самого себя.

Фотогалерея

Смотреть