Камера, мотор, разряд
На российские экраны вышел «Электрический поцелуй»
Фильм открытия 79-го Каннского фестиваля на первый взгляд действует вопреки зашитому в название обещанию: критиков от него может потряхивать, но слегка, а романтики зарядятся по полной. Стоит ли тратить два часа на приключения героев заката прекрасной эпохи и расцвета веха технологий, размышляет Weekend.
Кадр из фильма «Электрический поцелуй». Режиссер Пьер Сальвадори, 2026
Фото: Киномания
Кадр из фильма «Электрический поцелуй». Режиссер Пьер Сальвадори, 2026
Фото: Киномания
Открывать Каннский фестиваль — задача со звездочкой. Детское ожидание чуда в канун Нового года и то меньше, чем то, что испытывают критики в предвосхищении первого показа. Стартовый фильм смотра не может быть «достаточно хорошим» — тут либо все, либо ничего. Общепризнанный в узких критических кругах факт: фильм-открытие часто балансирует на грани провала, как будто от лица фестиваля уполномочен заявить, что кино снимают всякое.
Работе француза Пьера Сальвадори роль электрического стула, бьющего разрядами критиков, совсем не идет. Да и вообще режиссер, выступивший в «Поцелуе» также и в качестве соавтора сценария, на лучи славы особо не претендовал, а скорее с восторгом делился соображениями о том, из какого сора растет кино, не ведая стыда.
История «Электрического поцелуя» началась на съемках фильма «Планетариум» (2016), где Сальвадори затесался в актеры, а режиссер Ребекка Злотовски никак не могла до него донести суть характера его персонажа — он должен был исполнить режиссера, который снимал фильм в 1938-м, прямо перед Второй мировой. Сцены давались Сальвадори плохо: несмотря на 30-летний режиссерский стаж, убедительно сыграть себе подобного у него не выходило. И тогда, надеясь, что конкретика спасет ситуацию, Ребекка Злотовски сочинила историю, которую мог бы тот режиссер снимать.
Фото: Киномания
Фото: Киномания
Фото: Киномания
Фото: Киномания
В итоге молодая женщина-экстрасенс из придуманного Злотовски сценария засела у Сальвадори в голове столь прочно, что спустя 10 лет он ее не просто материализовал, но ввел в историю про в 1928 год и Париж, про бродячий цирк с испытывающей постоянные финансовые затруднения Сюзанной (Анаис Демустье). Девушка колесит с цирком с 15 лет и выступает в номере «Электрическая Венера». Ежедневно богиня любви и красоты в ее исполнении выходит на сцену, одетая в откровенный костюм и сетчатые колготки, опирается руками на два шара, похожие на генераторы Ван де Граафа, и за 30 сантимов целует молодых и не очень мужчин из толпы. «Это не идея и не метафора, это чистое ощущение!» — провозглашает зазывала, приглашая испытать уникальную по силе и потому настоящую страсть. На деле чувства воспламеняются благодаря ассистенту, с помощью специального переключателя пускающего электрический ток через тело Сюзанны к участникам аттракциона.
Действо происходит в «ревущие 1920-е» — эпоху накала изобретений Томаса Эдисона и беспеременного успеха открытий Николы Теслы, а еще в момент бурного экономического роста, выхода в серию первых автомобилей, расцвета конструктивизма, разгула джаза и урбанистического перехода.
Именно в такие периоды мощных перемен людям свойственно искать дополнительную опору и поддержку. И тут на расстоянии вытянутой руки всегда оказывается мистика. Рядом с высокотехнологичным электрическим аттракционом бродячего цирка обнаруживается однажды кабинет медиума, и туда забредает Сюзанна в поисках бутылки с опиумной настойкой — девушка втирает лауданум в прожженные электричеством ладони, и за этим занятием ее застает убитый горем и красным вином художник Антуан (Пио Мармай).
Фото: Киномания
Фото: Киномания
Фото: Киномания
Фото: Киномания
С запроса на встречу с покойной возлюбленной Ирен стартует та самая история девушки-медиума, пронесенная Пьером Сальвадори через десятилетие проектов и съемок. В смерти спутницы мужчина винит себя — состояние его настолько плачевно, что оно и предложенные в качестве гонорара 10 франков вынуждают главную героиню представиться ему тем, кем она не является, и провести спиритический сеанс.
С задачей по выходу на связь с загробным миром Сюзанна справляется хорошо, а вскоре, опираясь на наущения Армана (Жиль Лелуш), агента и приятеля страдающего Антуана, успешно пробуждает и творческий потенциал своего постоянного гостя. В итоге Антуан пишет, Арман продает, Сюзанна получает процент — схема должна бы работать безупречно. Но между художником и Сюзанной проскакивает искра, а следом выясняется, что музы обречены на неожиданные и не всегда приятные открытия.
Пьер Сальвадори в «Электрическом поцелуе» занимается исследованием истинных и ложных импульсов. А параллельно задается вопросом: как влияет на творчество художника его внутренняя наполненность, а какова в нем степень влияния команды поддержки? Возможно, выбранный режиссером формат романтической истории для всех этих размышлений не подходит идеально — чем критика, конечно, воспользуется. Однако «Электрический поцелуй» определенно заслуживает эпитета «добротно снятое кино», которое, чуть утомляя избытком сценарных коллизий и несколько разочаровывая розово-конфетным финалом, все же пронзает зрителя положительным разрядом — для поднятия настроения.