Немаленькие неприятности больших людей
Как и за что Караваджо, Ломоносова, Дали и других обвиняли в нарушении закона
115 лет назад, 7 сентября 1911 года, в Париже был арестован Гийом Аполлинер. Главного поэта французского авангарда подозревали в причастности к похищению из Лувра «Моны Лизы». За 17 дней до его задержания картину сняли со стены, вынули из рамы и унесли из музея. Weekend вспоминает об одном из самых абсурдных эпизодов в биографии Аполлинера, а также о самых разных ссорах, выходках и недоразумениях, из-за которых писатели, художники, музыканты и ученые представали перед правосудием.
Аполлинер и Джоконда
На Аполлинера следователи вышли неслучайно. Его бывший секретарь Жери Пьере незадолго до кражи шедевра Леонардо да Винчи похитил из Лувра несколько иберийских статуэток — и продал одну поэту и две его приятелю Пабло Пикассо. Знали ли покупатели о происхождении статуэток, неизвестно. После исчезновения «Моны Лизы» Пьере рассказал о своих похождениях одной из газет и похвастался, что выносит из Лувра экспонаты: дело не хитрое. Связи Аполлинера с Пьере оказалось достаточно, чтобы поэта отправили в парижскую тюрьму Санте по подозрению в краже шедевра Леонардо да Винчи.
Возвращение «Мона Лизы» в Лувр после похищения в 1911 году
Фото: Roger-Viollet / Getty Images
Возвращение «Мона Лизы» в Лувр после похищения в 1911 году
Фото: Roger-Viollet / Getty Images
В тюрьме Аполлинер провел пять дней, после чего был освобожден за отсутствием доказательств его причастности к исчезновению картины. Аполлинер «Мону Лизу», конечно, не похищал. Настоящего вора обнаружили лишь в декабре 1913 года. Им оказался Винченцо Перуджа, бывший сотрудник Лувра. Он больше двух лет хранил картину у себя, а затем попытался продать ее флорентийскому антиквару. В январе 1914 года «Мона Лиза» вернулась в Лувр.
Караваджо и жареные артишоки
24 апреля 1604 года Караваджо пришел с двумя приятелями в римскую остерию «Дель Моро» и заказал восемь артишоков: четыре приготовленные в сливочном масле и четыре — в оливковом. Официант принес весь заказ на одном блюде, и художник спросил, какие артишоки в каком масле. «Я сказал ему понюхать их, чтобы отличить,— сообщал официант в своих показаниях.— Он рассердился, схватил глиняную тарелку и ударил меня по щеке на уровне усов, ранив меня. А затем встал и схватил меч своего друга, лежавший на столе, возможно, намереваясь ударить меня им».
Караваджо. «Ужин в Эммаусе», 1601
Фото: National Gallery
Караваджо. «Ужин в Эммаусе», 1601
Фото: National Gallery
Официанту удалось убежать от Караваджо. Он отправился в канцелярию уголовного трибунала губернатора Рима и подал жалобу. До суда дело так и не дошло — влиятельные друзья и почитатели Караваджо, по-видимому, выплатили официанту компенсацию, и он простил обидчика.
Это было далеко не единственное столкновение вспыльчивого гения барокко с римскими властями. Караваджо постоянно участвовал в драках, носил оружие без разрешения и оскорблял стражников. Однажды, рассердившись на хозяйку дома, требовавшую заплатить за жилье, он забросал камнями ее окна. Из Рима Караваджо пришлось бежать тоже из-за преступления: в 1606 году он поссорился со знакомым на площадке для игры в мяч и смертельно ранил его.
Михаил Ломоносов и кукиш для академиков
26 апреля 1743 года Михаил Ломоносов, недавно ставший младшим членом Академии наук, явился на работу. Не снимая шляпы, он прошел через конференц-зал, возле стола профессоров хлопнул в ладоши и показал им кукиш. Когда профессор Христиан Винсгейм попытался призвать его к порядку, Ломоносов заявил, что не собирается снимать перед ним головной убор, и пригрозил «поправить ему зубы». Советника академии Иоганна Шумахера он назвал вором, а его ставленника Иоганна Трускотта дрянью — и добавил несколько выражений «скверной брани».
Шрейер Иоганн Фридрих Мориц. Портрет Михаила Ломоносова. Вторая половина XVIII века
Фото: Шрейер Иоганн Фридрих Мориц
Шрейер Иоганн Фридрих Мориц. Портрет Михаила Ломоносова. Вторая половина XVIII века
Фото: Шрейер Иоганн Фридрих Мориц
У этой выходки ученого, конечно, была предыстория: Ломоносов был убежден, что иностранные профессора злоупотребляют своим положением и притесняют российских ученых, и решил, что обязан выказать им свое презрение.
Оскорбленные академики подали жалобу, и 28 мая Ломоносова взяли под стражу. Под арестом ученый провел почти восемь месяцев. В прошении об освобождении он указывал, что из-за заключения отлучен «от наук», не может писать полезные книги и читать лекции, а потому его время пропадает напрасно и «отечеству пользы не происходит». Следственная комиссия между тем обнаружила в его поведении нарушения, за которые могли наказать плетьми и даже смертью.
В январе 1744 года Сенат, приняв во внимание заслуги Ломоносова, освободил его от дальнейшего наказания, но обязал попросить у профессоров прощения. 27 января Ломоносов извинился перед коллегами, объясняясь на этот раз с ними на латыни.
Эрик Сати и немузыкальная задница
18 мая 1917 года в парижском Театре Шатле «Русские балеты» Сергея Дягилева представили спектакль «Парад». Постановка собрала главных звезд авангарда: музыку написал Эрик Сати, сценарий — поэт Жан Кокто, хореографию поставил Леонид Мясин, декорации и костюмы создал Пабло Пикассо.
Декорация к спектаклю «Парад», созданная Пабло Пикассо
Фото: Georges Pompidou Center
Декорация к спектаклю «Парад», созданная Пабло Пикассо
Фото: Georges Pompidou Center
Однако премьера обернулась скандалом: какофонию из стука пишущей машинки, сирен и выстрелов, а также пестрое шествие циркачей в кубистических костюмах публика встретила свистом, а критики — разгромными рецензиями. Особенно болезненным для Эрика Сати оказалась ситуация с Жаном Пуэгом, писавшим для еженедельника Le Carnet de la semaine. После премьеры Пуэг подошел к композитору, пожал ему руку и поздравил с работой, но в своей рецензии не оставил от нее камня на камне.
Сати счел это предательством и 30 мая отправил критику открытку: «Вы всего лишь задница и, если позволите так выразиться, немузыкальная задница. Никогда больше не протягивайте мне свою грязную руку». Спустя несколько дней он послал вторую открытку, в которой Пуэг был назван «главным остолопом, начальником тыкв и индюком», а затем еще одну — почти полностью непечатную. На этом терпение критика лопнуло.
Поскольку оскорбления были написаны на открытках и их могли прочитать почтальон, консьерж и всякий, через чьи руки проходила корреспонденция, Пуэг подал на Сати в суд за публичное оскорбление и клевету. 12 июля 1917 года композитора приговорили к восьми дням тюрьмы, штрафу в 100 франков и выплате критику 1000 франков.
Джордж Оруэлл и намерение побывать в тюрьме
В декабре 1931 года Джордж Оруэлл решил провести Рождество в тюрьме. Тогда еще начинающий писатель собирал материал о жизни бедняков и бездомных: ночевал в работных домах и скитался по Лондону в одежде бродяги. Теперь ему захотелось изнутри познакомиться с британской пенитенциарной системой. Совершать серьезное правонарушение он не планировал, но придумал нехитрый план. Вечером 19 декабря Оруэлл отправился в лондонский Ист-Энд, один из беднейших районов города, выпил на пустой желудок пару литров пива и почти бутылку виски, а затем нетвердой походкой пошел прогуливаться. Полиция его быстро задержала за появление в общественном месте в состоянии, описанном в протоколе как «пьян и недееспособен».
Писатель Джордж Оруэлл
Фото: ullstein bild / ullstein bild / Getty Images
Писатель Джордж Оруэлл
Фото: ullstein bild / ullstein bild / Getty Images
В участке Оруэлл назвался Эдвардом Бертоном и изложил заранее придуманную биографию. Его родители якобы держали кондитерскую в Суффолке, а сам он работал приказчиком в магазине тканей, но был уволен за пьянство. После этого Бертон устроился грузчиком на рыбный рынок, неожиданно заработал шесть шиллингов и решил их пропить.
Выходные писатель провел в полицейской камере, а в понедельник предстал перед судом. Вину он признал и сообщил, что не может заплатить назначенный штраф в шесть шиллингов, надеясь, что за это его наконец отправят в тюрьму. Но суд счел, что двое суток под арестом — уже достаточное наказание. Оруэлла продержали в камере до вечера, а затем отправили на улицу. Свой неудачный эксперимент Оруэлл описал в эссе «Каталажка». А опыт недолгого нахождения в полицейском изоляторе пригодился ему для описания камер для допросов в его главном романе «1984».
Сальвадор Дали и разбитая витрина
В марте 1939 года нью-йоркский универмаг Bonwit Teller пригласил Сальвадора Дали оформить две витрины своего магазина на Пятой авеню. Художник, конечно, создал экстравагантную инсталляцию: в одной витрине стояла обитая черным мехом ванна, наполненная водой, из которой торчали восковые руки с зеркалами, а в воде плавали нарциссы, рядом красовался голый манекен, облепленный зелеными перьями. Во второй витрине манекен лежал на матрасе из раскаленных углей. Утром 16 марта витрины открыли для публики, но покупательницы сочли замысел Дали непристойным, и руководство универмага решило сделать композиции менее вызывающими. Манекен в перьях заменили чинной фигурой в строгом костюме, а лежавший на углях манекен усадили.
Фото: Getty Images
Фото: Getty Images
Дали, отсыпавшийся после ночного монтажа витрин, пришел посмотреть на результат своих трудов около пяти вечера. Обнаружив, что его работу отредактировали без его ведома, он пришел в ярость. Художник ворвался в магазин, забрался в витрину и принялся выдирать ванну из креплений. В какой-то момент ванна поддалась, и Дали вместе с ней вылетел через стекло на тротуар.
Художника доставили в участок, а оттуда — в ночной суд. Универмаг обвинил Дали в умышленной порче имущества, однако судья заменил обвинение на нарушение общественного порядка и вынес условный приговор. «Таковы некоторые привилегии, которыми, видимо, пользуется темпераментный художник»,— заметил судья Луис Бродски.
