Людям нужен балаган

Второй «Карандаш-фест» в Тверской области обещает в 125 раз больше радости

Фестиваль в этом году посвящен 125-летию со дня рождения человека, который со всей серьезностью подходил к своей самой смешной в мире профессии. А место его проведения — уже традиционно город на Волге. Weekend рассказывает, когда Михаил Румянцев впервые вышел на манеж, откуда взял псевдоним «Карандаш» и как в Старице родился праздник, который собирает лучших клоунов мира и их преданных зрителей.

Текст: Анна Черникова

Речной перекресток

Старица в Тверской области в паре часов от Москвы — из тех городов, которые вытянулись вдоль главной улицы. Едешь по ней — и изучаешь сначала скромные четырехстенки с огородами и резными наличниками, потом дворянскую и купеческую застройку, которая становится все богаче. И вот уже почти столичные каменные дома — дорогие, с изысканными фасадами. Но там, где должна случиться центральная площадь с собором или с воспоминаниями о нем — ну или, наконец, просто значительный перекресток с солидной улицей поперек,— в Старице протекает река Волга. Тоже поперек, и еще под крутым берегом, поэтому в самом центре города вместо площади — мост. Сегодня он массивный арочный, а лет сто назад был понтонный, наплавной.

При этом многое из нынешней старицкой застройки было тогда таким же, ну или почти: церкви и соборы — они тут есть, как раз возле моста,— постепенно закрывались и перепрофилировались под новые нравы послереволюционной России, дворянские и купеческие особняки были национализированы — им нашлось общественно полезное применение. Но люди жили, магазины торговали, и даже театр давал спектакли.

В него в 1922-м устроился оформителем молодой человек очень невысокого роста, но с подвижными глазами и не менее подвижным умом. Его плакаты привлекали зрителей, а сам он не гнушался любой работы — и билеты продавал, и ботинки актерам, игравшим на сцене в своем — костюмов взять было негде,— чистил. Малообщительный и молчаливый, он точно не выглядел человеком, одаренным лицедейским талантом.

Как позже Михаил Румянцев — именно так звали человека, которого все в Советском Союзе позже знали по сценическому псевдониму Карандаш,— напишет в своих воспоминаниях, в 1922-м у него, 21-летнего, позади были и неоконченное обучение в художественно-ремесленной школе Общества поощрения художеств (сегодня — Санкт-Петербургское художественное училище имени Н.К. Рериха), куда он поступил в 1914-м, и бродяжничество, за которое он даже угодил за решетку, и голод, спасаясь от которого, он оказался у родственников отца в Козлово под Старицей.

Топка таланта

Старицкий театр искал свежих образов — это снова из воспоминаний Карандаша,— по случаю чего к Новому году решили устроить маскарад. И вот тут Румянцев неожиданно отличился — явился на представление в костюме печки. Голову украсил картонной крышей с надписью «Гортеатр». На теле-печке изобразил сидящим весь коллектив — директора, артистов, костюмеров. Добавил горящие конфорки. На шее болтались бусы из человеческих фигурок — рядок контрамарочников. Зрителям намек на то, что театр прогорает, понравился, коллегам — меньше. Но так или иначе это было первое выступление мировой звезды партера — здесь, в Старице.

Михаил Румянцев — клоун Карандаш, 1977

Михаил Румянцев — клоун Карандаш, 1977

Фото: РИА Новости

Михаил Румянцев — клоун Карандаш, 1977

Фото: РИА Новости

Потом у театра случились гастроли в Твери, и Румянцев там остался работать плакатистом уже в другой институции, но не прошло и года, как в 1926-м он перебрался в Москву. Учился сценическому движению у танцовщицы Валерии Цветаевой, единокровной сестры поэтессы Марины Цветаевой, потом поступил в класс акробатов-эксцентриков на курсы циркового искусства (сегодня — Государственное училище циркового и эстрадного искусства). После их окончания в 1930-м работал в разных городах СССР, прежде чем появиться на арене Ленинградского цирка под псевдонимом Каран д’Аш. В 1936-м вернулся в Москву и с того момента много десятилетий служил в цирке на Цветном бульваре — сегодня он носит имя Юрия Никулина, который, кстати, на арене начинал ассистентом в номерах Карандаша.

Псевдоним от псевдонима

Михаил Румянцев не только умел рисовать, но и знал историю живописи. И сценическое имя, имитирующее благородное французское — Каран д’Аш,— не придумал, а позаимствовал. Первым так себя назвал, забавно транслитерировав уже давно вошедшее в русский язык тюркское слово «карандаш», российский карикатурист с французскими корнями Эммануил Пуаре — он работал в конце XIX — начале XX века. А в 1915-м, после его смерти, его поклонник основал в Женеве фирму по производству канцелярских принадлежностей Caran d’Ache. Так что Румянцев — третий в списке пользователей. Но точно первый, кто стал назад Карандашом. Да еще и вечно сопровождаемым Кляксой — это уже сценический псевдоним его собак, черных скотч-терьеров.

Свой образ маленького человека в странном колпаке и скромном костюме не по размеру Карандаш разрабатывал сам. Тут были и черты Чарли Чаплина, и его личные находки и наблюдения. Откуда у Карандаша появилась Клякса, версии расходятся. Кто-то говорит, что идея принадлежала самому артисту. А внучка Карандаша в интервью недавно объясняла, что первого скотч-терьера ему отдал кто-то из зрителей, когда он выступал с актерскими бригадами на фронтах Великой Отечественной. И даже добавляла, что потом Карандаш пешком шел с ней к жене, которую отправили в эвакуацию в Сибирь,— потому что в поезд его с четвероногим не пустили, а бросить собаку, как ему предложили, он не мог.

Вот эта твердость характера в сочетании с невероятной преданностью работе — главные качества, которые вспоминают в нем все его встречавшие на арене и вне ее. Его жизнью была работа. Его участие в представлении гарантировало успех всей труппе. Своими номерами он заставлял зрителя смеяться, порой не произнося ни слова. Это была тончайшая игра в смыслы, это был юмор на кончике карандаша и на острие ножа — Карандаш работал в годы, когда непонятая шутка могла обернуться концом не только карьеры, но и жизни.

Не переставая смешить зрителей, Михаил Румянцев оставался предельно серьезным за кулисами. Прорабатывал часами номера с напарниками. И отстаивал права коллег, да и свои собственные, смело и порой безрассудно. И за это его любили одни и ненавидели другие.

Он ушел в 1983-м от воспаления легких — быстро, едва исчезнув с арены на пару недель. И след его в истории и российского, и мирового циркового искусства будто оказался заметён перестроечными бурями. Но пыль беспамятства 1990-х осела. А переход границы веков принес в Россию новые потрясения — одни, другие, третьи.

В поисках средства от удручающей «карты будня» поколения Х и Y, а следом зумеры и альфы попробовали обратиться к иностранному опыту — телеэфир наводнили стендаперы и комедийные сериалы по иностранному образцу. Но лакуна оставалась — и было непонятно, чем ее заполнить, как заштриховать, где взять то балаганное, шутовское, искреннее веселье, которое помогает людям во все времена справляться с трудностями. Так было, пока в августе 2025-го в Старице не случился первый «Карандаш-фест». С уличными представлениями, толпой гостей с красными носами и много чем еще.

«Затевая "Карандаш-фест", мы ставили себе задачу создать событие всероссийского масштаба, которое позволит нам рассказать о Старице как о свежем месте для содержательного путешествия выходного дня, — говорит Константин Толмачев, генеральный директор компании «Старицкий посад». — Но для меня как девелопера — а ведь хорошие, крепкие дома строятся не один день, на это нужны годы,— было полной неожиданностью, что идея так громко выстрелит с первого раза. И уж совсем неожиданными были публикации в британской газете The Guardian и канадской La Presse. И это большая ответственность — теперь каждый следующий фестиваль будут сравнивать с первым. На второй год "Карандаш-фест" выйдет за рамки двух сцен на набережной и начнет распределяться по городу. Примерно так же рос и авиньонский фестиваль — сейчас это калейдоскоп разного масштаба спектаклей по всему городу, как в зданиях, так и на улицах, и это способ оживить с помощью театра старинный город. Только в нашем случае это клоун-театры — мы сохраняем тему шутовства как основную».

На полях фестиваля

Конечно, искать себя в XXI веке Старица начала несколькими годами раньше, чем тут случился «Карандаш-фест». В городе с 2020-го ремонтируют фасады исторических особняков, в них открываются забегаловки и музеи. Уже работает экспозиция старинной аптеки — с бормашиной на педальном приводе и другими медицинскими редкостями — в постройке, где когда-то торговали снадобьями. В «Чайном доме» неподалеку устроили экспозицию самоваров и пекут слойки Вульфа — из слоеного теста с яблоками и медом. Такими угощали своего гостя Александра Пушкина местные аристократы Вульфы — его большие друзья. (И Анна Керн — «Я помню чудное мгновение» — тоже из них). Поэт наведывался в имение к Вульфам под Старицей неоднократно, а в самом городе даже, поговаривают, заглянул как-то на бал и танцевал с дочерью градоначальника. Женатый статус не помешал ему очаровать речами и вогнать в краску смущения местных девиц, прежде чем укатить восвояси и оставить их мечтать о несбыточном.

Кипит жизнь и в старицком Свято-Успенском монастыре, который помнит не только поэта, но и гораздо более давние времена. А по соседству с ним скоро заработает туристический комплекс «Старицкая слобода», обитатели которого смогут отдыхать вдали от суеты с видом на Волгу и вкушать монастырскую пищу в трапезной или отправиться осваивать пещеры и каменоломни, где веками добывали белый известняк, с местным краеведом. Или и вовсе пуститься в джип-тур по волжскому бечевнику — тропе вдоль воды, по которой когда-то бурлаки и лошади тянули против течения суда.

На другом берегу Волги реставрируют колокольню, с которой открывается захватывающий дух вид на округу, и огромный палладианский Борисоглебский собор, возведенный тут в конце XVIII века по проекту звезды тверской церковной и светской архитектуры, гения своего времени и во многом самоучки Николая Львова. Четкие и простые линии собора, его классические портики и колоннады выглядят удивительным контрастом со стоящей ближе к воде церковью Параскевы Пятницы. Сразу и не поймешь, где у нее приделы, а где бывшие купеческие лавчонки, склады и хозяйственные помещения, прилепленные к ней, как гнезда ласточек,— их тут, кстати, носится великое множество, охотясь за насекомыми над водой.

У церкви всегда торговали. На площади перед ней несколько веков подряд устраивали ежегодные ярмарки со всеми сопутствующими развлечениями: вырастал балаган, выступали бродячие артисты. Центральная площадка «Карандаш-феста» в 2026-м, как и в прошлом году, тоже тут. Но она не единственная. Спектакли и шоу запланированы по всему городу, на обоих берегах Волги. Их участниками на старицких сценах станут более 300 мастеров эксцентрики, буффонады, пантомимы, иллюзионистов и еще самых разных артистов со всей России. А еще выступят музыканты, актеры и акробаты. Запланировано и карнавальное шествие — его красиво именуют кавалькадой. И приглашают присоединяться к нему всех желающих — в Старицу можно захватить с собой свой самый безумный костюм. Не будет только шанса грустить на этом празднике самой искренней радости и веселья — в компании самых профессиональных последователей очень серьезного искусства, многие из которых считают своим учителем и вдохновителем Карандаша.

«Настоящий клоун — это не человек с накладным красным носом и простыми гэгами, каких часто можно увидеть на детских утренниках,— уверен генеральный продюсер фестиваля Андрей Солдаткин.— Это аристократ среди всех артистов. На клоуна нельзя выучиться — им надо родиться! И при этом мы верим, что клоун есть в каждом. И это очень взрослая практика: опрокинуть реальность и посмотреть на все глазами ребенка. Поэтому мы говорим, что "Карандаш-фест" — это фестиваль для всех детей, которые устали быть взрослыми».