Потому и жарко

«Зловещие мертвецы: Пекло» выходят в прокат

Режиссер Себастьян Ваничек взялся за «Некрономикон»: 16 июля на экраны выходит шестая часть франшизы «Зловещие мертвецы». Weekend увидел в ней семейные узы, членовредительство и нестандартное использование столовых приборов.

Текст: Ванда Баранова

«Некрономикон» (он же Книга мертвых — гримуар, не первый год пробуждающий древнее зло) на этот раз одаривает вниманием одну из одинаково счастливых, по выражению классика, семей: все ее члены собрались в загородном доме с одной печальной целью — почтить память покойного сына, брата, мужа. Но есть нюанс: тот не совсем мертв, и ему есть что сказать по этому поводу.

Франшиза Сэма Рейми после перезапуска в 2013 году стала полем для экспериментов, где молодые таланты из разных стран упражняются в искусстве ужаса. Себастьян Ваничек — французский режиссер, прославившийся в 2023 году своим триллером «Зараженные» о смертоносных пауках в парижском пригороде. Оживление вселенной «Мертвецов» ему далось весьма неплохо. По крайней мере, так считает большинство критиков: фильм получил на Rotten Tomatoes 71% свежести и рейтинг 6,9 на IMDb.

Шестая часть в его исполнении сюжетно имеет к оригиналу весьма опосредованное отношение. Однако не с точки зрения кровавости. Вновь головы летят с плеч, зрители ахают в ужасе. Ваничек со всей детальностью демонстрирует, как отрубают пальцы, слезает обугленная кожа, рвутся барабанные перепонки и... много чего еще. Просто потому, что он может и хочет: «У меня не может быть ограничений!» — и все тут.

Найти хоть сколько-нибудь внятную идею становится все сложнее, поскольку насилие — детальное, графичное и выходящее за рамки — и есть сама цель. Вы шокированы? Прекрасно. Вам мерзко? Просто чудесно. Режиссер окатывает зрителей биомассой из крови, внутренностей и отрубленных конечностей, справедливо зарабатывая парочку испуганных вскриков и нецензурных выражений.

Как признавался сам Ваничек, ему нравится возможность исследовать метафоры самым что ни на есть физическим (добавим к этому от себя: и физиологическим) способом. С его карт-бланшем на гротеск это не играет ему на руку уж точно. Ваничек топчется на месте в попытках высказаться со всей серьезностью о традиционной семье, но зайти дальше парочки комментариев в виде смазанных флешбэков главной героини — именно она была женой ныне (практически) покойного — так и не решается. Фильм мечется между посредственными метафорами и не менее посредственными шутками.

Большинство попыток фильма развеселить зрителя в тех рамках, в которые режиссер сам себя загнал, выглядит попросту неуместно. С завидной регулярностью, но по необъяснимой причине предметом для шуток становится, например, бабушка без ноги с деменцией.

Ироничный шарм ранних «Мертвецов» задвинут социальными комментариями на второй план. На выходе перед зрителем оказывается картина-неопределенность, которая сама еще не решила, хочет ли она показать весь ужас домашнего насилия и его замалчивания (этакий сеанс семейно-демонической психотерапии) или же поиграть в «Поворот не туда», где очередная смерть становится развеселым аттракционом. Кому-то втыкают перьевую ручку в ухо, а кто-то случайно оказывается нанизан на кухонные ножи, так некстати оставленные в посудомоечной машине лезвиями вверх.

Сейчас франшиза соответствует своему названию: недостаточно мертва, чтобы официально констатировать ее смерть, и недостаточно жива. Правила и история в ленте существуют постольку-поскольку и проговариваются лишь условно, а персонажи введены, только чтобы вписаться в древние (как и само зло, которое их преследует) рамки.

Уже готовится седьмая часть — на этот раз за режиссуру возьмется Фрэнсис Галуппи. Продюсерами выступят создатели оригинальной серии — Сэм Рейми и Роберт Таперт. Что ж, остается только ждать. И не забыть убрать острые предметы подальше от любимых родственников за семейным столом.

Меню сайта