Hi Mark
Первый документальный фильм Софии Копполы готовится к выходу в российский прокат
В этом году Beat Film Festival открылся документальным дебютом Софии Копполы — фильмом «Марк глазами Софии», который посвящен дружбе режиссера с одним из главных современных модельеров — Марком Джейкобсом. Weekend рассказывает, что нового мы узнали о дизайнере и его подходе.
Кадр из документального фильма «Марк глазами Софии». Режиссер София Коппола, 2025
Фото: A24, This Machine
Кадр из документального фильма «Марк глазами Софии». Режиссер София Коппола, 2025
Фото: A24, This Machine
«Никогда не верьте модельерам, особенно, если они — мужчины. Доверяйте собственным ощущениям! Я все равно не могу носить одежду, которую создаю, для меня это чистое творчество»,— обращается к женщинам американский модельер Марк Джейкобс в беседе с оскароносной Софией Копполой, которая решилась на неожиданный поворот в карьере успешного режиссера игрового кино, сняв свой первый полнометражный документальный фильм. Мировая премьера картины состоялась на Венецианском фестивале в прошлом году.
Если тематика игровых фильмов Копполы («Девственницы-самоубийцы», «Трудности перевода», «Присцилла: Элвис и я») в основном посвящена женщинам, находящимся в условной золотой клетке и пытающимся из нее выбраться, то в документальном кино Коппола делает исключение для своего старого друга, сопровождая его во время подготовки весенне-летней коллекции 2024 года. Коппола и Джейкобс дружат и работают над различными проектами уже более 30 лет, именно платье от Марка Джейкобса София надела на торжественную церемонию «Оскар», на которой получила заветную статуэтку за лучший оригинальный сценарий фильма «Трудности перевода» в 2004-м.
София и не помышляла о документальном кино до тех пор, пока к ней не обратился Ар Джей Катлер — автор фильмов «Билли Айлиш: Слегка размытый мир», «Сентябрьский номер» и продюсер «Послушай меня, Марлон» — с предложением снять фильм о ее давнем друге. «Я никогда не думала о документалистике до этого, но мне показалось, что это для меня своего рода веселый челлендж и мне будет очень интересно наблюдать за Марком в течение всего процесса подготовки его новой коллекции и рассказать о его творческом пути и лучших работах за все годы в профессии. И да, мы дружим с начала 1990-х, и, конечно, для меня было очень интересно вернуться к многочисленным воспоминаниям нашей молодости и к лучшим произведениям, созданным Марком»,— рассказала режиссер на Венецианском кинофестивале, где вместе с Джейкобсом представляла картину.
В течение 12 недель в 2024 году София вместе с братом Романом Копполой и небольшой съемочной группой наблюдала за тем, как зарождается новая коллекция Джейкобса — от выбора тканей, их фактуры, оттенков, толщины до финального показа, который модельер неизменно превращает в зрелищное, театральное шоу. Джейкобс сразу признается, что стремление к перформансу связано с тем, что ему нравится профессия театрального режиссера. Между театром и подготовкой показа модной коллекции очень много общего: выбор актеров (моделей), создание костюмов и декораций, разработка концепции истории. По сути, Джейкобс, мечтающий попробовать свои силы в театре, на протяжении всей своей карьеры создает маленькое семиминутное шоу, на подготовку которого уходят месяцы напряженной подготовки.
Фото: A24, This Machine
Фото: A24, This Machine
Фото: A24, This Machine
Фото: A24, This Machine
Коппола показывает Джейкобса уязвимым: он с болью рассказывает о пережитом в семье, часто признается, что очень волнуется перед каждым новым показом, до сих пор страдает от синдрома самозванца и не может поверить, что все это происходит именно с ним. А еще у модельера отличное чувство юмора и самоиронии: упоминая, как Вайнона Райдер обратилась к нему для разработки строгого костюма для участия в судебном разбирательстве, чтобы выглядеть серьезно и презентабельно, модельер неожиданно восклицает: «Марк Джейкобс оденет вас для любого судебного процесса!»
Однако режиссер не ограничивается исключительно фильмом-портретом Джейкобса сегодня: используя многочисленные архивные материалы, Коппола рассказывает о том, как развивалась карьера модельера и освещает особенности его личной жизни. Родившись в обеспеченной семье, Джейкобс рано столкнулся с трагедией: его отец погиб, когда ему было семь лет. Мать несколько раз выходила замуж и страдала от психологических проблем после смерти мужа, а мальчик сталкивался с жестоким отношением отчимов. В 14 лет он переехал жить к бабушке по отцу, навсегда прервав все связи с семьей и даже не появившись впоследствии на похоронах матери.
Фото: A24, This Machine
Фото: A24, This Machine
Фото: A24, This Machine
Фото: A24, This Machine
Фото: A24, This Machine
Именно бабушка привила будущему модельеру вкус к моде и искусству и поддержала в стремлении стать модельером, а на первые показы внука даже приходила в его одежде. Джейкобс поступает в Парсонс, одну из самых престижных школ искусства и дизайна в мире, базирующуюся в районе Гринвич-Виллидж на Манхэттене в Нью-Йорке. Представив дипломную коллекцию свитеров со смайликами, вязать которые ему помогала, конечно же, бабушка, юный модельер, при выпуске из школы получает премию за лучший студенческий дизайн года. Впоследствии коллекцию свитеров продает сеть нью-йоркских бутиков Charivari, где до поступления Марк работал продавцом, а заметка про свитера появляется на страницах престижной The New York Times. При выпуске из Парсонса Марк также получает награду «Золотой наперсток» модельеров Перри Эллиса и Честера Уэйнберга. Именно в компании Perry Ellis, уже на посту креативного директора, Джейкобс создал легендарную коллекцию «весна-лето 1993» в стиле гранж, которая прославила его в мире моды.
Фото: A24, This Machine
Фото: A24, This Machine
Фото: A24, This Machine
Фото: A24, This Machine
Фото: A24, This Machine
Фото: A24, This Machine
Фото: A24, This Machine
Гранж — музыкальное направление и впоследствии бунтарский стиль одежды, появившиеся в 1980-х в Сиэтле как протест против глянца и коммерциализации. Джейкобс решил привнести эстетику музыкальной сцены Сиэтла с ее платьями с цветочными принтами, огромными «мартенсами» и объемными фланелевыми рубашками в мир моды. Таким образом, модельер подрывал индустрию, строящуюся на глянце, изнутри. Последствия не заставили себя долго ждать: разгорелся большой скандал, патриархи индустрии были в ужасе, все та же The New York Times написала, что коллекция создавалась с закрытыми глазами в очень темной комнате, а Джейкобс потерял свое место. «С этой коллекцией я пытался достичь того уровня, когда я делаю то, что мне нравится, и не обращаю внимание на то, что думают другие. Обычно мне важно мнение окружающих меня людей, но то, что думают в Perry Ellis в этом контексте, для меня было неважно... В целом мне нравилась репутация плохого парня, было довольно весело находиться в центре такого масштабного диалога, и моя цель состояла в том, чтобы меня либо любили, либо ненавидели, середина мне была неинтересна»,— признается Джейкобс.
В фильме модельер рассказывает, что его не увольняли из-за этой скандальной коллекции, как об этом принято говорить, однако эта версия событий ему очень нравится. Так или иначе, скандал и потеря работы не помешали Джейкобсу стать одним из самых влиятельных модельеров в мире, креативным директором Louis Vuitton, и впоследствии открыть дом моды под собственным брендом. Кстати, София Коппола активно поддерживала Марка на его пути: принимала участие в рекламных кампаниях духов и одежды его марки и даже разработала сумочку для Louis Vuitton, которая с тех пор носит ее имя. «Когда я жила в Париже после съемок фильма «Мария-Антуанетта», Марк работал там, и мы много времени проводили вместе, у нас есть целая "парижская глава" наших отношений»,— вспоминает Коппола.
Фото: A24, This Machine
Фото: A24, This Machine
Джейкобс и в Louis Vuitton смог привнести нотки хулиганства и любимой им андерграундной культуры, а еще пригласил к сотрудничеству Такаси Мураками, Стивена Спрауза, Сильви Флери, Заху Хадид, Ричарда Принса, Даниеля Бюрена, Яйои Кусаму и других культовых художников современности.
«Я думал о Марселе Дюшане и о том, как он изобразил Мону Лизу с усами,— признается модельер.— И это была та самая крутая панк-идея в искусстве, которая заключалась в том, что вы уродуете произведение искусства, чтобы показать, что у вас нет перед ним благоговения. И я подумал: у меня есть монограмма Louis Vuitton, характерная для бренда, она как американский флаг, как Микки-Маус. И я пригласил Стивена Спрауза для того, чтобы он "испортил" эту монограмму на сумках своими граффити в дюшановской манере. И это стало началом творческих поисков своего пути в бренде».
Фото: A24, This Machine
Фото: A24, This Machine
Фото: A24, This Machine
Показ «весна-лето 2024», который снимает София Коппола в фильме, осуществляемый уже для модного дома Marc Jacobs, основанного в 1984 году, также вдохновлен творчеством американского художника и скульптора Роберта Терриена. Показ проходит в огромном здании манхэттенского культурного центра Park Avenue Armory, где дизайнер устанавливает гигантскую инсталляцию Терриена «Без названия (складной стол и стулья, бежевые)», состоящую из огромных предметов мебели, которые делают моделей с пышными париками с начесами и платьями, которые как будто сшиты для них ребенком, похожими на миниатюрных кукол. Джейкобс таким образом не только играет с местом проведения показа и переосмысляет произведения искусства, но и с самого начала разработки коллекции интегрирует ее идею в неотделимое от нее физическое пространство. В целом создателю собственного бренда, известного на весь мир, 63-летнему дизайнеру, с младых ногтей обласканному профессиональными премиями, наградами, постами в лучших модных домах и любовью и ненавистью публики и критиков, уже никому ничего не нужно доказывать. Он сам признается, что мода для него давно стала чистым искусством — носить, может быть, и не получится, но зато красиво. Об этом со свойственной ей нежностью к герою картины и снимает свой фильм София Коппола.
В российский прокат картина выйдет 25 июня.