О вещах и людях
Чем интересна Maison & Objet 2026
С 15 по 19 января в Париже под девизом «Открывая настоящее в прошлом» проходит одна из главных мировых ярмарок дизайна — Maison & Objet. Если для профессионалов индустрии это событие в большей степени прагматичное, то для широкой аудитории это не только возможность увидеть множество красивых предметов мебели и декора, но и хорошая иллюстрация чаяний современного человека — ведь дизайн в материальных формах воплощает, как мы хотим сегодня жить.
Инсталляция «Алхимия, иммерсивный опыт», созданная бюро Crosby Studios в коллаборации с брендом Baccarat и выставкой Maison & Objet, 2024
Фото: Benoit Florencon
Инсталляция «Алхимия, иммерсивный опыт», созданная бюро Crosby Studios в коллаборации с брендом Baccarat и выставкой Maison & Objet, 2024
Фото: Benoit Florencon
Метаморфозы и мутации
Главную тему организаторы разделили на четыре составляющие — «Метаморфозы», «Мутации», «Переосмысленное барокко» и «Неофольклор», которые находят выражение во всех секциях и паблик-токах ярмарки.
«Метаморфозы» иллюстрируют набирающую популярность в последние годы философию апсайклинга, то есть переиспользования вещей и создания для них новых форм и функций. Причем последние могут объединять в себе утилитарность чуть ли не с тотемизмом — понятно, что это своего рода эстетская игра с отсылками к архаике, но сам тренд отражает запрос современного человека на комфорт не только физический, но и психологический, и поиски новой духовности в эпоху нестабильности всего и вся.
«Мутации» — это размышление о гибридизации материалов и форм. С одной стороны, мы здесь видим стремление к натуральным материалам и старинным ремесленным техникам, а с другой — понимание ограниченности и хрупкости природных ресурсов, а значит, необходимость поиска технологий, способных в чем-то замещать органику.
Фото: ©UZIK ©Arthur Seguin
Фото: ©UZIK ©Arthur Seguin
Фото: ©UZIK ©Arthur Seguin
Фото: ©UZIK ©Arthur Seguin
Фото: ©UZIK ©Arthur Seguin
Фото: ©UZIK ©Arthur Seguin
Фото: ©UZIK ©Arthur Seguin
Переосмысление барокко — пожалуй, самая любопытная тенденция дизайна в 2026 году. В мире, перегруженном информацией, визуальным и просто шумом, минимализм стал некоей тихой гаванью, где глаз отдыхает от всего лишнего. В то же время, когда вокруг столько неопределенности, мы хотим найти ощущение безопасности в изобилии вещей, тактильности предметов и фактур, укутавшись в них, как в мягкое одеяло.
Если барокко можно считать формой эскапизма, то неофольклор — это скорее поиск идентичности. Здесь традиционные формы, орнаменты, ритуалы и сюжеты соединяются с новыми материалами и нематериальностью цифровых инструментов.
Фото: Anne-Emmanuelle Thion
Фото: Alexis Narodetzky
Фото: Anne-Emmanuelle Thion
Фото: Alexis Narodetzky
Фото: Anne-Emmanuelle Thion
Фото: Alexis Narodetzky
Фото: Ludovic Balay
Фото: Anne-Emmanuelle Thion
Фото: Anne-Emmanuelle Thion
Фото: Anne-Emmanuelle Thion
Фото: Greg Sevaz
Жизнь вещей
В этом году специальный проект ярмарки создал Гарри Нуриев, ранее объявленный Maison & Objet дизайнером года. Его иммерсивная инсталляция посвящена характеру наших отношений с мебелью и ее использованием — точнее, применительно к сегодняшнему обществу быстрых вещей, ее потреблением.
Гарри Нуриев — российский дизайнер, основатель бюро Crosby Studios и обладатель звания «Дизайнер года — 2026» по версии Maison & Objet
Фото: Daniel Roche
Гарри Нуриев — российский дизайнер, основатель бюро Crosby Studios и обладатель звания «Дизайнер года — 2026» по версии Maison & Objet
Фото: Daniel Roche
На ярмарке он также представляет новую коллекцию предметов для дома, разработанную специально для легендарного дома хрусталя Baccarat, а также сценографию, которую он придумал для парижских пространств бренда в 2025-м.
Наследие основанного в 1764 году и одного из самых престижных производителей художественного хрусталя в мире Нуриев переосмыслил весьма оригинально. Углубившись в архивы, для входной зоны он разработал графический код, вдохновленный иероглифами,— своего рода визуальную энциклопедию, приглашающую посетителей к расшифровке смыслов. Витрины же превратились в «холодильные» реди-мейды, демонстрирующие объекты при пониженной температуре, тем самым словно сохраняя историю и суть бренда.
Интерьер бутика Maison Baccarat в Париже, дизайн входной зоны которого был разработан архитектурным бюро Crosby Studios, 2024
Фото: Benoit Florencon
Интерьер бутика Maison Baccarat в Париже, дизайн входной зоны которого был разработан архитектурным бюро Crosby Studios, 2024
Фото: Benoit Florencon
Трансформации Нуриева
Наш соотечественник Гарри Нуриев — уже более десяти лет один из самых востребованных в США и Европе дизайнеров, публикации о котором регулярно появляются в The New York Times и профессиональном глянце.
В 2014 году он основал Crosby Studios в Нью-Йорке, а в 2021-м открыл второй офис в Париже. Нуриев воплощает в жизнь проекты на стыке искусства, дизайна и архитектуры, создавая и отдельные предметы, и целые среды. Список клиентов студии пестрит названиями крупнейших брендов: Valentino, Gucci, Jimmy Choo, Alexander Wang — перечень можно продолжать, подставляя почти все известные названия из мира высокой моды и не только. Гарри Нуриев сотрудничал с архитектурным бюро OMA Рема Колхаса и Лувром, для которого создал коллекцию объектов по мотивам предметов из коллекции музея.
Фото: предоставлено Maison&Objet
Фото: предоставлено Maison&Objet
Фото: Benoit Florencon
Фото: предоставлено Maison&Objet
Фото: Luc Bertrand
Фото: Benoit Florencon
Фото: предоставлено Maison&Objet
Также его работы выставлялись в галереях современного искусства в Берлине, Париже и Далласе. Добавьте сюда лекции, которые его приглашают читать Гарвард, Институт Пратта, Королевский колледж искусств в Лондоне.
Совсем недавно, в октябре прошлого года, в рамках Art Basel Paris Нуриев представил совместный проект с Парижской школой изящных искусств. Инсталляция «Найденные объекты» в исторической часовне XVII века состояла из аккуратных рядов картонных коробок, которые заполнялись вещами, принесенными посетителями. Каждый оставлял вещь, которая ему больше не нужна, и взамен забирал другую.
Одним, словом, Нуриев — живая иллюстрация success story, о которой многие могут только мечтать.
Фото: Alejandro Arretureta
Фото: предоставлено Maison&Objet
Фото: предоставлено Maison&Objet
Фото: Benoit Florencon
Фото: Benoit Florencon
Фото: Luc Bertrand
Свою философию он называет «трансформизм» — что, как он объясняет в манифесте на сайте студии, представляет собой «способ видеть, чувствовать и действовать» «в мире, перенасыщенном объектами, данными и идеями», «который больше не нуждается в новых вещах». Поскольку исследование цвета завершилось в XVIII веке, формы — в XIX-м, философии — в XX-м, считает он, то сегодня задача художника не в изобретении нового, а в переосмыслении и переработке того, что уже доведено до избытка.
Художественный язык Гарри Нуриева легко узнаваем сочетанием гиперминимализма и оригинальных монохромных решений, которые он продумывает с почти алхимической тщательностью. Прирожденный рассказчик, он выстраивает парадоксальные нарративы на пересечении времен и культур. Его проекты лишены ярких жестов, они во многом медитативны. Это дизайн не для быстрого потребления и не для идеальных картинок, а для жизни, несовершенной и хрупкой. Неслучайно в одном из интервью Нуриев признался: «Я художник, мне платят за выражение моей уязвимости». Иными словами, человечности. И это как раз то, что подкупает в его художественных и дизайнерских проектах — даже в мире «тяжелого люкса», где все, казалось бы, завязано на статусности. Но он привносит в него ту новую искренность, которую мы ищем в потоке идеального глянца.