Сначала было маленькое белое

Выставка в «Царицыно» открывает тайны рождения тканей и платьев

В музей-заповедник привезли образцы древнейших тканей из музея Дели, дизайнерские наряды из частных коллекций, а еще шали и вышивки, тюрбаны и гобелены. Ковер мирового ткацкого наследия из нитей мировой истории.

Текст: Анна Черникова

Если и можно в чем-то упрекнуть кураторов выставки «Индия. Ткань времени» в музее-заповеднике «Царицыно» Людмилу Алябьеву, шеф-редактора журнала «Теория моды», и Екатерину Шинкареву, хранителя индийской коллекции в Музее Востока, так это в стремлении объять необъятное — затронуть сразу массу тем, связанных с ткачеством, и к тому же на колоссальном временном отрезке. По-хорошему, каждый зал и каждый раздел выставки мог бы стать отдельной и самодостаточной экспозицией. Потому что во всем этом — и в том, что носили наши предки на разных континентах, и как перерабатывали ветошь, и зачем накидывали шали или повязывали тюрбаны, и с помощью чего добивались цвета и гладкости, долговечности и тонкости — можно рассказывать много, подробно и вдохновенно. Что и происходит на экскурсиях в каждом зале и перед каждой витриной.

Но все же первоначальный посыл выставки — пойти именно в ширину. А уж глубин посетители при желании сами достигнут. В конце концов, именно широкие ткани производить сложно — ограничения задает станок. А вот длина их зависит лишь от толщины мотка. Подобно этому, о каждом объекте на выставке можно говорить много и интересно, разматывая клубок его прошлого.

Ширины перспективы кураторы добились, применив к экспозиции подход, больше свойственный толстым глянцевым журналам. Они взяли много тем — и подсветили по одному-двум аспектам в каждой. В первом зале дано «Краткое содержание» последующих залов — по одному экспонату на тему. А поскольку тема во много женская — хотя мужчины-модельеры и портные тут яростно поспорят, то все же разбавлены плоды — в том числе, кстати, и их творчества, в витринах изображениями огромных благоухающих бумажных цветов. Ольфакторная составляющая на выставке есть и дальше — но уже под привычными колбами, защищающими пространство от избыточного запаха. А тут, на входе, все благоухает.

Так что в первый зал посетители попадают, вдохнув «духов и туманов», которые дальше рассеиваются перед неумолимой конкретикой и историчностью. Погружает в тематику витрина с сари «патола» — старинными и новомодными дизайнерскими, традиционными и переосмысленными.

Дальше — прыжок в прошлое. Экспозиция исследует влияние индийских тканей на культуру Востока и Запада, интерпретацию традиционных узоров и техник, символов и кодов в моде и массовой культуре ХХ и ХХI веков. Ведь начиналось все с налаживания постоянных поставок из Индии хлопчатобумажных тканей — после открытия морского пути туда. В Индии уже вовсю носили белые хлопчатобумажные рубашки как нижнее белье. А из старых делали ковры «суджани». А в Европу и Россию хлопок постепенно стал попадать только в XVI–XVII веках.

И вот XIX век, на манекене — ампирное платье из тончайшего белого муслина, скромная отделка, завышенная талия. Из него потом вырастет, точнее, вырежется, потому что укоротится, и, конечно, окрасится, маленькое черное платье века XX с его практичностью и женственностью.

Фланель, ситец, джинса — это все хлопок, ощутить разницу и общность можно на тактильных образцах. А глаза разбегаются от ярких ситцев — тут и пропагандистские советские узоры, и яркие модели современных дизайнеров.

Добавленная стоимость на ткани — вышивки. Есть зал и об этом: разные века и техники, обиход и единственные экземпляры. И огромная витрина вышитых сумок, кошельков и даже обуви.

Зал, в котором представлено то, во что люди одевались, когда раздевались,— пижамы, либо просто надевали поверх одежды — шали. Знать в шалях — на картинах, сами шали — за стеклом. А к пижамам — индийские домашние туфли: женские, остроносые, и мужские, с загнутыми носами.

Немного практической информации в зале, где сымитировано ателье. А потом — всё про джинсы и краситель индиго. Следом — разбор орнаментов и шанс получить психоделический цветовой опыт и обнаружить индийские мотивы на картинах Винсента Ван Гога и Огюста Ренуара.

Доехала до «Царицыно» даже фотография Стива Маккарри «Пыльная буря» из коллекции Эрмитажа: девушки в ярких нарядах — сама жизнь посреди обесцвеченной стихией пустыни. В выбеленной снегом Москве яркие наряды и ткани экспозиции — не меньшее наслаждение для глаз.

Выставка продлится до 12 апреля 2026 года.