Жизненно видимый
В Ханчжоу показывают ретроспективу 20 лет работы Мартина Марджелы в Maison Martin Margiela
Выставка Martin Margiela: 1989–2009. The Women’s Collection («Мартин Марджела: 1989–2009. Женские коллекции»), открытая сейчас в музее By Art Matters, впервые была показана в 2018 году в парижском Музее моды Гальера. Это первая выставка Марджелы-дизайнера в Азии — и, вероятно, последний шанс увидеть без преувеличения ключевую для понимания современной моды экспозицию.
Экспозиция выставки «Мартин Марджела: 1989–2009. Женские коллекции» в музее By Art Matters
Фото: By Art Matters
Экспозиция выставки «Мартин Марджела: 1989–2009. Женские коллекции» в музее By Art Matters
Фото: By Art Matters
Музей By Art Matters находится внутри комплекса Ooeli, штаб-квартиры бренда дизайнерской одежды JNBY, хорошо, кстати, известного в России. Комплекс состоит из 17 зданий, построенных Ренцо Пиано, и в нем есть все — от офисов до музея и отеля. Основательница JNBY и хозяйка всего этого великолепия Ли Линь, как и автор этих строк, увидела ретроспективу Марджелы в 2018 году в Париже и была ею потрясена. И решила привезти ее в свой родной город Ханчжоу, в свой собственный квартал и в свой музей.
Тогда в Париже был настоящий год Марджелы: одновременно с этой ретроспективой в Музее моды Гальера показывали выставку «Марджела: годы в Hermès» в Музее декоративного искусства. А вокруг разворачивалась фэшн-революция, первейшим героем которой был Марджела, а важнейшей задачей — адаптация придуманного им фэшн-языка и образа современности. И вот сейчас последние показы сезона SS 2026 обозначили если не конец этой эпохи, то очевидную смену парадигмы. И вновь посмотреть из нынешней точки на наследие Марджелы оказывается и интересно, и важно.
Все эти годы авангардная мода Марджелы была основным источником для всех главных звезд современного фэшн-процесса — от Рафа Симонса до Демны Гвасалии. Демна, начинавший свою карьеру в Maison Martin Margiela уже после ухода оттуда Мартина, выстроил ее сначала в Vetements, а потом в Balenciaga не просто на принципах его аналитической моды, но буквально на его архивах, копируя вещи Марджелы в своих первых самостоятельных коллекциях.
Фото: By Art Matters
Фото: By Art Matters
Фото: By Art Matters
Фото: By Art Matters
Фото: By Art Matters
Фото: By Art Matters
Фото: By Art Matters
Что же такого сделал Марджела? Собственно, на этот вопрос и отвечает его ретроспектива, а если учитывать, что он сам выступил ее арт-директором, то есть отбирал коллекции и придумывал общую концепцию, то это ответ непосредственно от первого лица. Здесь Мартин Марджела сам определяет и закрепляет свое место в истории моды.
Место это на самом верху, среди главных олимпийцев, и вряд ли найдется какой-то фэшн-дизайнер конца XX века, который мог бы его оспорить.
Вывернутые наружу швы, вытачки и подкладка, необработанные кромки, прозрачные целлофановые чехлы, надетые поверх всего, огромные растянутые свитеры с поползшими петлями, вещи размера XXXL, ресайклинг, закрытые лица моделей, два платья, сшитые в одно, вообще составление одного предмета одежды из других — все это мы видели за последние год в разных вариациях миллион раз, причем как у дизайнеров начинающих, так и у вполне знаменитых. Буквально неделю назад Матье Блази показал в Нью-Йорке Chanel Métiers d’Art — коллекцию, где были тренчи из прозрачного пластика поверх костюмов. И все это можно увидеть сейчас в Ханчжоу, так сказать, в оригинале.
Деконструкция, важнейшее слово, с которым связана мода Марджелы, представлена тут во всей своей полноте. Марджела деконструировал все, от принципов кройки и шитья до самого концепта красоты: все попадало в пространство его художественного видения и ничего не избегало его острого как бритва аналитического ума.
Фото: By Art Matters
Фото: By Art Matters
Фото: By Art Matters
Фото: By Art Matters
Фото: By Art Matters
Фото: By Art Matters
В эпоху супермоделей Марджела находил девушек на улице, в которых не было ничего от Наоми, Кристи, Синди или Линды,— достаточно посмотреть на его любимую модель и подругу Кристину де Конинк. Он прятал тела, обертывал их слоями одежды, укутывал в огромные пуховики-одеяла. И это в эпоху power women и sexy looks, когда другие эти женские тела, напротив, всячески выставляли на обозрение. Он вообще не воспринимал сексуальность в ее общепринятом виде boobs & legs: героини его коллекций были какими угодно — трогательными, неловкими, эксцентричными, но только не «секси».
Он делал свою одежду и аксессуары из того, что не просто никогда не рассматривалось в пространстве моды, но было чуть ли не мусором: из пластиковых пакетов Franprix, из чехлов, в которых выдают вещи после химчистки, из скотча. Он шил платья из частей обивки портновских манекенов Stockmann, шубы — из париков, а сумки — из волейбольных мячей. Он разбирал вещи на составные части и собирал их самым невообразимым образом, но так, что тело чувствовало себя в них идеально. Он делал trompe l’oeil, нанося принты одних вещей на другие, чтобы сбить инерцию нашего глаза и пробудить наше воображение. Он превращал самое повседневное, банальное или некондиционное в прекрасное и драгоценное. Вспомним, например, его подвешенную на цепочку винную пробку, ставшую колье, в его второй коллекции, FW 1989. И ее тоже можно увидеть сейчас в Ханчжоу.
Фото: By Art Matters
Фото: By Art Matters
Фото: By Art Matters
Фото: By Art Matters
Фото: By Art Matters
Фото: By Art Matters
Фото: By Art Matters
Фото: By Art Matters
Фото: By Art Matters
Фото: By Art Matters
И все это служило тому, что позже будет названо словом «инклюзивность». Его мода включала, а не исключала, в ней находилось место всем — немолодым, некрасивым, нестройным, косым, кривым, сирым и убогим. Чтобы быть модным, необязательно быть молодым и худым, говорил нам Марджела, мода куда выше и шире красоты, и ее объятия раскрыты для всех, у кого достанет ума и духу отринуть клише. В его вещах любой чувствовал себя не просто приобщенным к моде, но еще и защищенным, потому что они не требовали от человека никаких жертв.
Ретроспектива выстроена хронологически — от самой первой коллекции SS 1989 к самой последней SS 2009. И пространство By Art Matters, как это было в свое время и в Музее Гальера, превращено в строительную площадку куратором выставки Александром Самсоном и сценографом выставки Аней Марченко, работавшей с 2004 по 2009 год в архитектурной студии Maison Martin Margiela и бывшей одной из моделей Марджелы.
Вход затянут прозрачной пленкой, окна закрашены белой краской, манекены стоят на строительных помостах. В стенографии есть местная специфика — мешки со стройматериалами, сложенные под помостами, покрыты иероглифами. Кроме того, добавлена еще «комната фаната»: пространство выставки разделено на части тремя инсталляциями, которые сам Марджела сделал по мотивам фотосерии Кэйити Цудзуки «Happy Victims»,— три комнаты, заваленные вещами Maison Martin Margiela, дисками, книгами и пр., как три своих автопортрета в разные периоды жизни и творчества. Теперь есть четвертая — «комната фаната», устроенная в концепт-сторе в этом же самом комплексе зданий Ooeli,— и вещи для нее собирали среди китайских поклонников Марджелы.
Фото: By Art Matters
Фото: By Art Matters
Фото: By Art Matters
Фото: By Art Matters
Фото: By Art Matters
Фото: By Art Matters
Фото: By Art Matters
Проход по этим залам сегодня оставляет еще более головокружительное впечатление, чем семь лет назад. И не только той абсолютной свободой и блестящим остроумием, с которыми сделаны эти коллекции.
Ощущение незаконченности, длящегося во времени процесса, смыслов, разворачивающихся здесь и сейчас,— его дает не один принцип пространства under construction, но и сама одежда Мартина Марджелы. Вроде бы тренд сменился, вместо деконструкции у нас опять гламур и сексуальность — и это ощущается уже последние пару сезонов, но вот это широкое красное платье, собранное из двух других, оно ведь не из коллекции Prada этого лета — оно из коллекции Maison Martin Margiela лета 2000-го. Как говорил Жан-Луи Дюма, глава Hermès, пригласивший Марджелу художественным директором женских коллекций дома: «Да, Мартин невидим, но он как кислород — невидим и тем не менее жизненно важен. Он приносит нам новое видение нас самих».
Но еще более сильное впечатление выставка производит, если вспомнить, что в 1987 году, когда Марджела со своим партнером Дженни Мейренс основал свой дом, в том же Париже открыл свой Кристиан Лакруа, а в Милане показала свою первую коллекцию Миучча Прада. И все эти такие разные фэшн-дизайнеры существовали рядом и одновременно.
Фото: By Art Matters
Фото: By Art Matters
Фото: By Art Matters
Фото: By Art Matters
Фото: By Art Matters
Лакруа пришел на парижскую выставку Марджелы в одежде Maison Martin Margiela, а Прада (и Раф Симонс) до сих пор выражает свое уважение ему в коллекциях Prada. Сегодня, когда все унифицируется и переходящие из дома в дом дизайнеры делают коллекции, стремительно сливающиеся в одну, те времена кажутся совершенно баснословными. И нынешняя ретроспектива дает шанс поймать то ощущение чуда, которое испытывали присутствовавшие на первых показах Марджелы,— и это стоит поездки в Китай. Тем более, не устаем повторять, что долететь сейчас туда куда проще и быстрее, чем в Париж.
By Art Matters, Ханчжоу, до 1 февраля 2026 года
