Серый кардинал Ортега

И ее тень на втором сезоне «Уэнсдей»

Второй сезон сериала про мрачную дочь Гомеса и Мортиши Аддамс стартовал в начале августа и уже получил теплые отзывы критиков. И вновь возникли разговоры о его хедлайнере Дженне Ортеге и о том, почему она имеет настолько колоссальное влияние на индустрию. Актриса в открытую скандалит с коллегами на съемочных площадках, переписывает сценарные линии и спорит с такими глыбами, как Тим Бёртон. Так кто она такая и почему ей можно то, чего нельзя другим?

Текст: Никита Прунков

Кадр из сериала «Уэнсдей», режиссер Тим Бёртон, 2022

Кадр из сериала «Уэнсдей», режиссер Тим Бёртон, 2022

Фото: Netflix

Кадр из сериала «Уэнсдей», режиссер Тим Бёртон, 2022

Фото: Netflix

В чем ее феномен?

Дженна Ортега появилась на голливудском небосводе не случайно. Хотя большинство зрителей, узнавших актрису после участия в вирусном «Уэнсдей», не ведают, что актриса пробивалась к славе довольно планомерно. Несмотря на то, что девушке сейчас нет и 23, еще до судьбоносного шоу она успела сняться в более чем 30 проектах, среди которых как скромные, так и вполне увесистые роли в фильмах и сериалах. Примечательно и то, что львиную долю хайпа Ортега получила не благодаря индустриальным связям, а ввиду проницательности матери, выложившей ее монолог в соцсети (после этого на нее посыпались предложения с прослушиваниями).

Поначалу девочка снималась в рекламе и малоизвестных телепроектах, но затем все закрутилось в соответствии с ее замыслом: Ортега попала в главный поп-плацдарм Америки Disney и окунулась в ужасы — экранные. Ее миловидная внешность, помноженная на умение излучать бесстрашие, привела ее во вторую главу «Астрала», в хорроры «Няня. Королева проклятых» и «Крик». Впрочем, если массовый зритель все еще относился к актрисе с осторожностью, то искушенный, напротив, старания юной, но опытной девушки оценил. Как минимум потому, что работала она не только в каноничных слэшерах, но и постмодернистской ленте Тая Уэста «Х».

Уже зарекомендовавшая себя как принцесса ужасов Дженна приглянулась Тиму Бёртону — и, как оказалось, не зря. «Уэнсдей» стал суперхитом, однако справедливо столкнулся с критикой — прежде всего потому, что избежать сравнений с оригиналом проект не мог. А еще потому, что шоу временами намеренно занималось фансервисом. Бесспорным же оставался факт, что кастинг Ортеги — это единогласная победа и стриминга, и режиссера. Готически элегантная, холодная и по-аддамсовски вредная Дженна умудрилась создать международный тренд с танцем, попутно приобретя статус новой поп-культурной иконы. И это с учетом отсутствия профильного образования.

За что ее критикуют?

В довольно короткие сроки Дженна трансформировалась из next-up-звезды в актрису-трендсеттера. Разумеется, глобальному успеху предшествовали многолетняя работа и участие во всевозможных экспериментах: согласитесь, будучи выпускницей Disney, Ортега могла пойти по менее тернистому пути, но все же предпочла хорроры, хотя, по признаниям актрисы, ужасы — не ее любимый жанр. Еще в 2022 году Ортега подчеркивала, насколько важна для нее возможность самой выбирать истории. «Я играю уже более десяти лет — это половина моей жизни. Но только сейчас я начинаю получать сценарии, которые мне интересны, и проекты, которые меня творчески удовлетворяют. Это все, чего может желать актриса».

Тогда же Ортега рассказала, что чувствует себя неуютно в моменты, когда заканчиваются проекты,— свой трудоголизм и стремление погружаться в героев она полностью реализовала в процессе подготовки к роли в «Уэнсдей». Актриса брала уроки игры на виолончели, изучала немецкий, занималась фехтованием и лично ставила тот самый танец для Вороньего бала, ставший ее визитной карточкой. Тогда же оказалось, что въедливый подход артистки многие расценивают как токсичный — в сеть уползли слухи о том, что Ортега не просто вступала в споры, но и откровенно вмешивалась в производственный процесс. Информацию подогрело интервью, в котором она призналась, что частенько редактировала реплики героини. Одним из медийных критиков выступил режиссер Стивен С. Денайт, не работавший с артисткой, но обративший внимание на этот факт,— он обвинил исполнительницу в наглости.

«Все, что делает Уэнсдей, все, что мне пришлось сыграть, вообще не имело смысла для персонажа. Ее нахождение в любовном треугольнике? Это было бессмысленно»,— говорила Ортега в беседе с ведущими подкаста Armchair Expert Дэксом Шепардом и Моникой Падман. Впрочем, особо впечатлительных поклонников волновал не только творческий контроль — их представление о Дженне разошлось с реальностью еще по двум причинам. Одних удивили неочевидные интересы Дженны: в интервью Wired она признавалась, что по юности любила препарировать мертвых животных, которых находила на заднем дворе своего дома в Коачелле. Других — ее якобы безответственность: резонанс вызвали фотографии артистки, на которых она во время прогулки с актрисой Гидеон Адлон в Ноттинг-Хилле в западной части Лондона позволила себе выпить вина и выкурить сигарету напротив запрещающего знака.

Где выход?

Голливуд знает много историй о неудобных актерах: в разное время нервы авторам трепали Эдвард Нортон (вносил правки в сценарий и заставлял бесконечно переснимать дубли), Чарли Шин (баловался запрещенными веществами и дрался с коллегами прямо во время съемок), Гвинет Пэлтроу (требовала не пересекаться на площадке со Скарлетт Йоханссон, с которой работала в одном проекте!) и Шайя Лабаф (здесь и вовсе скандалов больше, чем адекватного поведения). Ортега на фоне старших товарищей кажется примером осознанности — в пользу этого говорит и то, что она признает ошибки и делает выводы. Пару лет назад актриса рассказывала, что умудрялась спорить даже с Тимом Бёртоном. Затем же приняла судьбоносное решение, став исполнительным продюсером второго сезона «Уэнсдей».

Этот шаг позволил действительно талантливой артистке расширить свое влияние на процессы и легально вносить коррективы. В пользу ее решения говорят и высокие рейтинги продолжения шоу, и мнения экспертов. Например, режиссер, а в прошлом актер Джон Фавро, снявший «Железного человека», считает, что актер-продюсер — это идеальная находка для большого зрительского проекта. «Участие успешного артиста может облегчить поиск финансирования. У них есть маркетинговая ценность, которая обеспечивает доверие инвесторов и позволяет им без лишних рисков давать деньги. Они определенно могут привлечь аудиторию»,— объясняет Фавро.

Теперь главный вопрос — научится ли звезда класса «А» Ортега справляться с собственным перфекционизмом и уживаться в разных творческих коллективах. Если верить тому же Денайту, позднее сменившему гнев на милость, конфликт интересов во время съемок «Уэнсдей» имел право на существование — просто Дженна ввиду неопытности опрометчиво вынесла его в публичное поле. Кроме того, по словам извинившегося коллеги, в тот период сценаристы и впрямь были на пределе из-за надвигающейся голливудской забастовки. Звучит вполне справедливо, но кто знает, не надавили ли на режиссера средней руки более авторитетные функционеры, связанные с Ортегой? В таком случае заголовок этого текста кажется более чем оправданным.