Чудо света

Как Александрийский маяк пережил цунами и шесть землетрясений

Один день в середине лета долго помнили в Александрии как «день ужаса»: 21 июля 365 года процветающий порт едва не был смыт гигантским цунами. Когда волна схлынула, оказалось, что символ города — огромный древний маяк, построенный за шесть с половиной веков до катастрофы, хоть и пострадал, но устоял. В классический список чудес Древнего мира маяк в Александрии попал одним из последних, как и Колосс Родосский. Но если статуя Гелиоса высотой c десятиэтажный дом простояла на входе в главную гавань Родоса немногим более 50 лет, то маяк использовался по назначению около 16 столетий.

Текст: Иван Тяжлов

Списки чудес

Списки чудес света — древняя традиция. Классический — из семи чудес Древнего мира — сложился, когда греки, в том числе в ходе завоеваний Александра Македонского, открыли для себя цивилизации Востока и поняли, что им тоже есть чем похвалиться.

Древняя «большая семерка» включала египетские Большие пирамиды (сохранились), висячие сады Семирамиды в Вавилоне (не сохранились, не слишком хорошо известно, как именно выглядели), статую Зевса в Олимпии (простояла около 1000 лет, пока не была уничтожена пожаром), храм Артемиды в Эфесе (сожжен Геростратом в IV веке до нашей эры, а потом готами) и мавзолей в Галикарнасе (уничтожен землетрясением 1494 года). Замыкали семерку Колосс Родосский и маяк в Александрии. Но один оказался сравнительно недолговечным, а второй, напротив, мог бы претендовать на рекорд, если бы не пирамиды в Египте, стоящие по сей день. Интересно, что только два объекта семерки имели не культовое, а утилитарное назначение — сады в Вавилоне и маяк в Александрии.

Все эти точки в древности были объектами внимания туристов: в античном мире состоятельные граждане имели привычку путешествовать, и, безусловно, были люди и компании, которые им в этом помогали. Сейчас сделать селфи можно лишь у Больших пирамид Гизы. У пыльного холма на месте садов Семирамиды вам в лучшем случае попадутся археологи, но с учетом бурной новейшей истории Ирака это тоже не факт. Мавзолей в Галикарнасе и храм Артемиды, оба на территории Турции,— типичные archeological sites: неопознаваемые руины, частично под навесами. От Зевса Олимпийского, Колосса и маяка не осталось ничего.

Корабли на крышах

Александрийский маяк прослужил невероятно долго и в итоге был разрушен землетрясениями, но стихия восторжествовала далеко не сразу. Первый ощутимый удар по этому памятнику древней инженерной мысли был нанесен 21 июля 365 года. Воспоминания о том дне оставил римский солдат и историк Аммиан Марцеллин: «Вскоре после рассвета раздались страшные, непрерывно следовавшие друг за другом удары грома. Затем вся земля стала колебаться, море заволновалось, отступило от берегов, так что в открывшихся глубинах видны были увязшие в иле различные морские животные... Множество кораблей оказались как бы на сухом грунте, и люди свободно бродили по оставшимся лужам, собирая руками рыб. В то же время морские волны, как бы в гневе за свое удаление, опять поднялись и со страшной силой разлились через мелкие места по островам, затопили большие пространства континента и сровняли с землей множество зданий в городах и других местах… Страшный водоворот вызвало возвращение водной массы к берегам. Огромные корабли были подняты напором воды и оказались на вершине зданий, как случилось это в Александрии».

Причиной цунами было землетрясение магнитудой около восьми баллов по шкале Рихтера на Крите или в море близ его берегов. По мнению исследователей Кембриджского университета, геологические события такого масштаба повторяются не чаще чем раз в пять тысяч лет. Западная часть Крита одномоментно поднялась на 10 метров, сейсмические колебания и вызванные ими волны обошли весь регион. В нынешнем мире, пронизанном сетями мгновенных сообщений, это приняли бы за Армагеддон — да и в 365-м подумывали, не связана ли катастрофа с борьбой высших сил: два года как погиб на войне с персами последний император-неоплатоник Юлиан, античный мир постепенно становился христианским.

«Венец городов»

Одним из крупнейших городов в зоне бедствия оказалась Александрия Египетская. Марцеллин называл ее «венцом всех городов»: «Славу ее возвышало многое: и великое имя основателя, и искусство архитектора Динократа (ему приписывается создание генерального плана города.— W). <…> Господствующие там воздушные течения благоприятны для здоровья, воздух мягок и приятен, и не проходит почти ни одного дня, чтобы жители этого города не видели ясного солнца. Так как берег моря в этом месте со своей ненадежной и коварной линией, подходя к суше, причинял раньше много бедствий мореходам, Клеопатра решила соорудить в порту высокую башню, которая называется Фаросом по наименованию места, и по ночам она светит кораблям. А раньше мореходы, не имея в качестве ориентира ни гор, ни холмов на широком и плоском берегу, попадали на мягкие и засасывающие отмели и терпели крушение».

Место для строительства города выбрал Александр Македонскиий, отобравший Египет у персов в 332 году до н. э. Приняв титул фараона из уважения к местным богам, завоеватель ушел дальше покорять мир, а Александрия, которую создавали с нуля лучшие архитекторы тогдашнего мира, стала столицей одного из царств, основанных генералами, окружавшими молодого гения и перессорившимися сразу же после его смерти.

Александрия быстро превратилась в процветающий порт. Она богатела на торговле — главным образом зерном. Вообще, масштабы морской торговли тех лет очень впечатляют историков флота — из сохранившихся текстов известно о колоссальных зерновозах в десятки метров длиной: некоторые из них в силу размеров могли заходить только в два главных порта тогдашнего мира — Александрию на востоке и Сиракузы на западе. Под стать таким судам нужен был и маяк.

Цари и строители

Идея создать маяк на самом деле возникла ни у какой не Клеопатры: его задумал один из Александровых полководцев Птолемей I, обосновавшийся в Египте. Вероятно, в 280-е годы до н. э. он начал строительство на небольшом участке суши в створе Большого порта. Порт был прикрыт островом Фарос, который был соединен с материком внушительным молом длиной больше километра, известным как Гептастадий. Остров с маяком располагался несколько севернее и восточнее Фароса — если локализация верна (сейчас там ведутся подводные раскопки), то маяк точно обозначал главный вход в гавань.

Александрийская башня была хорошо известна — примерно как сейчас Эйфелева. Ее изображения встречались на монетах. Историк Плиний Старший (I век н. э.) назвал имя архитектора: «Не умолчим о великодушии царя Птолемея, который дозволил зодчему Сострату Книдскому написать на сооружении свое имя. Назначение башни — огнями маячить плывущим ночью кораблям, предупреждая об отмелях и указывая вход в гавань. Такие огни уже горят теперь во многих местах, как, например, в Остии или Равенне. Опасность — в постоянстве огней, которые издали могут быть приняты за звезды, так как на далеком расстоянии вид пламени остается ровным и неизменным».

В этом отрывке чувствуется римское высокомерие — мол, подумаешь, маяк. На самом деле и во времена Плиния, через 300 лет после возведения башни, в Средиземноморье не бывало зданий сопоставимой высоты.

Башня и Колосс

Если верно, что автором идеи маяка был Птолемей I, то через него этот проект связан с другим античным чудом — огромной статуей бога Гелиоса, сооруженной между 292 и 280 годом до н. э. на острове Родос и известной сегодня как Колосс Родосский.

Наряду с Александрией Родос был центром морской торговли на востоке Средиземноморья. Многие хотели прибрать остров к рукам. На него претендовал, в частности, Деметрий Полиоркет — монарх-авантюрист, большую часть жизни проведший на боевом корабле. В 305 году до н.э. Полиоркет осадил Родос, но не смог его взять. Птолемей I помогал родосцам в этой войне и за это получил прозвище Сотер — Спаситель. Статуя Колосса была воздвигнута в знак признательности островитян богам за победу над врагом. Правда, уже в 226 году до н. э. ее свалило землетрясением. Родос был важен для соседей, и восстанавливать его помогали буквально всем миром — но рухнувшего бога трогать не стали из-за предостережения оракула. Следующие 800 лет Колосс пролежал на берегу, пока предприимчивые восточные купцы не заинтересовались, из чего он сделан, а узнав, что как минимум частично из бронзы, не распродали его обломки.

Строительство маяка завершили при Птолемее II — возможно, около 247 года до н. э. (Колосс на Родосе еще стоял). Основные работы продолжались 12 лет. Итогом стала башня высотой около 120 метров (есть версии о 150 и даже 180 метрах). Современному наблюдателю трехъярусная постройка, вероятно, напомнила бы Главное здание МГУ (высота 240 метров). Свет маяка, который днем обеспечивала система зеркал, а ночью — огромный костер, топливо для которого поднимали в повозках по колоссальному пандусу внутри нижнего сегмента башни, был виден как минимум за 50 километров.

Тест на прочность

От сейсмического толчка и удара волны в 365 году верхняя часть маяка обрушилась. Но городу удалось со временем восстановить башню.

Отремонтированный маяк пережил и землетрясения 796, 951 и 956 годов. В 956-м статуя (предположительно, Посейдона или Зевса), венчавшая башню, рухнула, и благоверные мусульмане (арабы отторгли Египет у Византии в 639 году) заменили ее куполом. Система зеркал все еще работала. Впечатлениями от посещения башни в XII веке делились китайский путешественник Чжао Жугуа и арабские географы, аль-Андалуси и аль-Идриси. Арабский ученый ибн-Баттута видел маяк после землетрясений 1303 и 1323 годов — по его признанию, в 1349 году в башню уже невозможно было войти. Тем не менее чудо, возведенное за 12 лет, простояло 16 веков — пока окончательно не рухнуло где-то ближе к концу XIV века и не было разобрано на стройматериалы. В 1480 году султан Кайт-бей построил на этом месте крепость: она сохранилась до наших дней, и ее стены отчасти состоят из камней бывшего маяка.

Меню сайта