От вил до мема
Краткая история «Американской готики»
95 лет назад, летом 1930 года, Грант Вуд сделал первые наброски к главной картине США. Наравне с «Моной Лизой» Леонардо да Винчи и «Криком» Эдварда Мунка она стала культурной иконой и одним из самых узнаваемых живописных образов в мире. Рассказываем, из чего «Американская готика» возникла, как ее приняли современники, чем она помогла искусству и обществу США и как стала интернациональным мемом.
Грант Вуд. «Американская готика», 1930
Фото: Grant Wood / The Art Institute of Chicago
Грант Вуд. «Американская готика», 1930
Фото: Grant Wood / The Art Institute of Chicago
1
Сначала нашелся дом. В 1930 году художник Грант Вуд объезжал родной штат Айова в поисках сюжетов, натуры и вдохновения для своих картин. В маленьком городке Элдон он наткнулся на дом. Это был обычный каркасный коттедж, обшитый белым сайдингом,— в таком вырос сам Вуд и тысячами таких застраивались США со второй половины XIX века. Однако одна деталь выделяла дом из окружавших его — окна в готическом стиле на фронтоне. Включение в хлипкую и недолговечную конструкцию типового жилья элемента из средневековой монументальной архитектуры превратило обычный дом, по мнению Вуда, в «архитектурный абсурд». Почему первые владельцы решили поставить такие окна, неизвестно. Возможно, это была дань моде — коттедж строился в 1880-х годах, а у жителей Среднего Запада того времени было стремление украшать свое жилье экстравагантными элементами. Как бы там ни было, именно эти окна заставили Вуда вернуться на следующий день и сделать первый набросок дома.
Фото: formulanone, Huntsville, United States / wikipedia.org
Фото: Figge Art Museum, successors to the Estate of Nan Wood Graham, / Estate of Grant Wood
2
Композиция «Американской готики» позаимствована у фотографов. С наброском Вуд вернулся домой в Сидар-Рапидс, а через несколько дней за завтраком сделал на почтовой открытке эскиз будущей картины: дом с готическим окном, а перед ним — женщина и мужчина с суровыми лицами. Такая композиция была обычной для фотографий конца XIX века. Странствующие фотохудожники делали снимки, на которых семьи вставали перед домом и сосредоточенно смотрели в камеру — выдержка у фотоаппаратов была долгой, и приходилось замирать, чтобы лица получались четкими. В архиве Библиотеки Конгресса среди сотен таких фотографий хранится одна, чье композиционное сходство с картиной Вуда поражает исследователей. Ей дали неформальное название «Готика Небраски». На этом снимке в окружении своих главных богатств — покосившейся хибары, двух лошадей, коровы и швейной машинки — стоит пара фермеров: женщина в переднике и мужчина с вилами. Видел ли когда-нибудь Вуд этот снимок, выяснить, конечно, невозможно, но известно, что происходивший из фермерской семьи художник очень любил рассматривать фамильный альбом, полный похожих отпечатков.
Фото: Estate of Grant Wood
Фото: Solomon D. Butcher / Library of Congress
3
Мужчина на картине — стоматолог Вуда. Определившись с композицией, Вуд стал искать натурщиков для картины. Он объездил всех знакомых фермеров, но подходящего типажа так и не нашел. Тогда Вуд вспомнил о своем стоматологе — докторе Байроне Маккиби, чье вытянутое, жилистое лицо давно хотел написать. Маккиби, который нередко получал за протезирование зубов картины Вуда, сначала колебался, но в итоге согласился — с одним условием: сходства быть не должно. Обещания Вуд не сдержал. Герой «Американской готики» фотографически похож на свою модель.
Нэн Вуд и Байрон Маккиби, 1942
Фото: Figge Art Museum, City of Davenport Art Collection, Grant Wood Archive
Нэн Вуд и Байрон Маккиби, 1942
Фото: Figge Art Museum, City of Davenport Art Collection, Grant Wood Archive
4
Найти модель для женской фигуры тоже оказалось непросто. Обладательницей подходящего лица Вуд посчитал одну знакомую, но предложить ей стать натурщицей, по воспоминаниям сестры художника Нэн, постеснялся: «Боюсь, она рассердится. Женщины хотят выглядеть красивыми, а я не люблю писать женские лица красивыми». Тогда Нэн предложила в качестве модели себя, и Вуд согласился: «Лицо у тебя слишком круглое, но я вытяну его». Костюм в виде глухого платья и фартука, какие носили женщины из семей фермеров в начале XX века, Нэн сшила сама. А камея с изображением Персефоны — богини плодородия и царства мертвых — была позаимствована из шкатулки матери. Украшение ей из Европы привез Вуд, посчитавший, что профиль богини похож на профиль Нэн.
Грант Вуд. «Портрет Нэн», 1931
Фото: Figge Art Museum, successors to the Estate of Nan Wood Graham / Licensed by VAGA, New York, NYш
Грант Вуд. «Портрет Нэн», 1931
Фото: Figge Art Museum, successors to the Estate of Nan Wood Graham / Licensed by VAGA, New York, NYш
5
Отношения, которые связывают героев картины, неоднозначны. Принято считать, что на холсте изображены отец и дочь, однако у этой версии сложная судьба. Сразу после демонстрации картины первые зрители посчитали, что пара на ней — супруги с большой разницей в возрасте. В первых интервью с такой версией соглашался и сам Вуд. Его сестру Нэн, позировавшую для женского образа, такая трактовка ужасала — она не хотела, чтобы ее считали женой мужчины вдвое старше. Вуд не видел в этом проблемы и отказывался вносить ясность. Тогда Нэн дала интервью, в котором рассказала, что во время работы над картиной они с братом придумали целую легенду для героев: «Пепельно-русые волосы моей героини достались ей от матери, ее отец держит магазинчик с кормами, или заведует деревенской почтой, или, быть может, он священник. Вечером он приходит домой, снимает свой белый воротничок и идет доить корову. А я — одна из тех ужасно порядочных девушек, главная радость которых — ходить в воскресную школу и осуждающе хмуриться, завидя милующиеся парочки». Вуд же от четких ответов на этот вопрос продолжал отмахиваться и заявлял, что ему всего лишь хотелось написать людей, которые могли бы жить в доме с готическими окнами.
6
Вилы вызвали споры. На первом эскизе в руках у мужчины были грабли, но на картине появились вилы. Вероятно, замена была вызвана желанием подчеркнуть готическую устремленность ввысь других элементов картины — с зубцами вил рифмуются сансевиерия на крыльце, рамы и шпросы на окнах, швы на комбинезоне мужчины и полоски на его рубашке. Однако у современников вилы вызвали огромный интерес. Причиной стал их необычный вид: всего три зубца, тогда как в США этот фермерский инструмент обычно имел четыре или шесть. Этот выбор художника породил множество интерпретаций. Некоторые критики сравнивали вилы с трезубцем — традиционным атрибутом дьявола в живописи — и видели в этом намек на зловещую тайну, скрытую за фасадом милого сельского дома. Другие усматривали в трех зубьях фаллический символ и предлагали фрейдистские трактовки. Впрочем, сейчас исследователи установили, что трехзубые вилы редко, но встречались в сельской Америке начала XX века — их использовали для ворошения сена.
Фото: Grant Wood / The Art Institute of Chicago
Фото: Grant Wood / The Art Institute of Chicago
Фото: Musee des Beaux-Arts de la Ville de Paris, Petit Palais
7
На «Американской готике» много символов. Вуд несколько раз ездил в творческие командировки в Европу, где больше современного искусства его интересовали фламандские мастера. Вернувшись из одной из таких поездок, он написал «Женщину с цветком» (1929), с нее начинается так называемый неофламандский стиль Вуда. Черты его можно увидеть и в «Американской готике», в первую очередь — в символике деталей. Два горшка с цветами на крыльце — бегонией и сансевиерией — вероятно, отсылают к родословной пары на картине. Эти растения за стойкость и неприхотливость любили в семьях первых переселенцев. Камея на шее женщины и золотая пуговица на рубашке мужчины дают понять, что, несмотря на скромность героев, их усердный труд принес им благосостояние.
Грант Вуд. «Женщина с цветком», 1929
Фото: Estate of Grant Wood
Грант Вуд. «Женщина с цветком», 1929
Фото: Estate of Grant Wood
8
Эксперты решили, что картина — шутка. «Американскую готику» Грант Вуд писал специально для 43-й выставки американской живописи и скульптуры Чикагского института искусств — главного на тот момент национального смотра современного искусства в США. Картина участвовала в конкурсе, и по его результатам Вуд получил бронзовую медаль и $300 (около $5 тыс. по нынешнему курсу), но за этой наградой стояла закулисная борьба. Жюри отмело «Американскую готику» из списка возможных лауреатов — странная парочка на фоне дома показалась им просто «комической валентинкой». Однако один из попечителей института искусств, чье имя осталось неизвестным, решил пересмотреть отвергнутые картины и увидел в «Американской готике» потенциал нового искусства. Ему удалось убедить судей, что картина революционная, и награду, пускай и самую низшую, картине все-таки выдали.
9
«Американская готика» стала началом национальной живописи. Неизвестный попечитель оказался прав: картина Вуда действительно оказалась манифестом и образцом новой, сугубо американской живописи. К концу 1920-х годов в США все еще не сложилось собственной школы реалистического искусства, независимой от европейских влияний. 43-я выставка американской живописи и скульптуры была тому отличной иллюстрацией. Второе место на ней занял пейзаж Ги Пене дю Буа «Долина Шеврёз», а первое — «Жюльен» Луи Ритмана. Обе картины написаны под отчетливым влиянием импрессионизма, по духу близки к французской живописи и никак не отображали американскую действительность. «Американская готика» с ее подчеркнуто национальными героями и деталями, лаконичной, почти фотографической манерой впервые предъявила широкой публике исключительно американское направление в живописи. Так о себе заявил риджионализм — художественное течение, которое в следующие десять лет сделало простую, провинциальную Америку главным объектом своего исследования.
Фото: Guy Pene du Bois
Фото: Louis Ritman
10
Фермеры посчитали картину издевательством. После выставки в Чикаго репродукцию «Американской готики» опубликовали несколько газет и журналов, и на Вуда посыпался шквал претензий. Настоящие фермеры Среднего Запада и их жены революционности работы Вуда не оценили. Однако увидели в ней издевательскую карикатуру на себя как на мрачных пуританцев, закомплексованных и фанатично религиозных. Художнику стали присылать письма с угрозами проломить голову и откусить ухо, картине рекомендовали дать название «Возвращение с похорон», а репродукции предлагали вешать в сыроварне, чтобы «кислые» лица героев «Американской готики» помогали сворачиваться молоку. С тем, что Вуд высмеивает провинциалов, соглашались и интеллектуалы, считавшие, что картину можно расценивать как коллективный портрет «болванов Библейского пояса», в 1925 году инициировавших скандальный антидарвинистский «обезьяний процесс».
11
Национальной скрепой «Американскую готику» сделал экономический кризис. Представлена публике картина была на второй год Великой депрессии, и чем хуже становилось материальное положение американцев, тем больше фермеры забывали об обидах, нанесенных им «Американской готикой». Мрачные лица героев стали символами их стойкости, трудолюбия и национального духа. Картину стали воспринимать как манифест нового американского патриотизма: «Американская демократия была построена трудами мужчин и женщин с добрыми сердцами и крепкими челюстями, таких, какими их изобразил Грант Вуд» — так презентовал картину в 1935 году журнал Review of Reviews.
12
Мемом «Американская готика» стала через социальную критику. В 1942 году фотограф Гордон Паркс создал первую пародию на картину. Он сфотографировал Эллу Уотсон — чернокожую уборщицу Государственного департамента США. Вместо дома с готическим окном Уотсон стояла на фоне американского флага, а в руках держала метлу и швабру. Снимок получил название «Американская готика. Вашингтон, округ Колумбия» и моментально стал иллюстрацией обратной стороны американского духа — расовой сегрегации и дискриминации. Фотография Паркса и последовавшая за ней дискуссия положили начало традиции переосмысления «Американской готики» в самых разных формах. В 1967 году Playboy представил ее эротическую версию, в культовом фильме «Шоу ужасов Рокки Хоррора» герои картины оживают, а политическая карикатура на протяжении последних 50 лет изображает в их образе каждого нового президента США и его первую леди. С наступлением цифровой эпохи «Американская готика» превратилась в интернациональный мем — визуальную метафору невозмутимого, бесстрастного отношения человечества к реальности: от разводов и экономических кризисов до пандемий и угрозы ядерного взрыва.
Гордон Паркс. «Американская готика. Вашингтон, округ Колумбия», 1942
Фото: Gordon Parks / Library of Congress
Гордон Паркс. «Американская готика. Вашингтон, округ Колумбия», 1942
Фото: Gordon Parks / Library of Congress